Война и миф Арслана Хасавова

Новый рассказ Арслана Хасавова «Сирена» был презентован в Библиотеке-читальне им И.С.Тургенева. Вопросы писателю задавала главный редактор журнала millionaire.ru Марина Сафронова.

Марина Сафронова: Почему вы взяли именно эту историю, связанную  с войной, любовью и мифом?

Арслан Хасавов:  В конце февраля 2017-го  я отправился в Сирию. До этого я бывал там несколько раз – впервые в мирном 2008-м, по программе обмена, затем в 2012-м, когда в некоторых регионах страны уже происходили боестолкновения.

Моя нынешняя поездка  была связана с желанием  увидеть, что происходит с мирными людьми в разрушенных городах, как там вообще протекает жизнь. О военных маневрах, тех или иных победах и случаях из жизни именно сирийского конфликта мы узнаем из новостей. Тем  более после того,  как наша страна вмешалась в происходящие там события.

Надо сказать, что в этот раз в Сирию я попал с большим трудом. Ливан – куда я прилетел из Москвы – с Сирией связывают два КПП, так вот – на одном из них меня развернули, на другом – после долгих препирательств, звонков в различные ведомства – все-таки пропустили.

Все эти события я описал в серии своих журналистских репортажей – они вышли в журнале THE NEW TIMES и в военном приложении к «Независимой газете».

Идея рассказа «Сирена», написанного специально для вашего журнала, пришла ко мне после посещения российской авиабазы Хмеймим и общения с находившимися там офицерами. Это контрактники, своего рода «псы войны», добровольно покидающие домашний очаг, свои семьи. Так вот, один из них дал мне номер своего мобильного, чтобы в случае чрезвычайной ситуации мы могли связаться в мессенджере. Я обратил внимание на то, что в качестве аватарки у него стоит фото ребенка, вероятно, сына. Немногим позднее я перечитывал «Легенды и мифы Древней Греции» и наткнулся на историю Одиссея, проплывающего остров сирен. Так я нашел основу, на которой и строилась работа над рассказом.

19142120_1964973100389059_1702659705_n

Марина Сафронова: Спасибо. Получается вы специально для нас написали. Арслан, вы очевидец. Вы прошли все это и видели своими глазами. Не секрет, что сейчас информационная война между нашими и западными СМИ за право объективного освещения сирийских событий. Что вы можете рассказать? Кто ближе к правде? И какая сейчас правда?

Арслан Хасавов: Это очень сложный вопрос, потому что во-первых, у каждого там своя правда. Объективную картину выстроить крайне сложно, потому что одни районы контролируются одними группами, другие другими. У каждого там, в том числе и у членов незаконных вооруженных формирований, как бы банально это сейчас ни прозвучало, своя правда. Каждый исходит из собственных убеждений, осмысленный диалог на основную тему практически невозможен.

Если же говорить об информационных войнах, то еще в свою предыдущую поездку в Сирию и, в частности, в Хомс. я был удивлен тем фактом, что западная пресса информировала мировую общественность о происходящих там событиях, вплоть до точного числа погибших за день, но при этом в городе не было ни одного журналиста, а все включения осуществлялись из Бейрута.

Марина Сафронова: Ну вот у вас собрался очень богатый материал. А вы не думали написать книгу – роман например?

Арслан Хасавов: Этот вопрос в точку, так как тема радикального подполья давно меня интересует. После очередного посещения Сирии, где, как известно, немало представителей постсоветского пространства, эти мысли актуализировались. Я ввел эту линию в свой новый роман «Лучшая половина», который запланирован к выходу в одном из литературных журналов уже этим летом, но могу сказать, что тема для меня не исчерпана. Планирую уже в самое ближайшее время начать эту работу.

Марина Сафронова: Ваши книги «Смысл» и «Отвоевывать пространство» достаточно философские. «Сирена» тоже и философский и мифический одновременно. Почему вас притягивает эта форма? И новый роман будет написан в таком же жанре?

Арслан Хасавов: Я об этом никогда специально не задумывался. Но, задаваясь вопросом относительно недавнего своего текста «Лучшая половина», то наверное там тоже есть эти элементы, потому что в романе имеется ввиду не «вторая половина», как можно было подумать,  а  две грани одной личности, которые  борются между собой на протяжении всей книги. Что касается «Сирены», то по мере отдаления от текста, у меня нарастает критическое отношение к собственным произведениям, но здесь – я доволен тем результатом, который получился.

19184167_1964972213722481_211375903_n

Марина Сафронова: То есть, вы к текстам относитесь без прагматики – пишете как пишется, не обдумывая изначально структуру текста?

Арслан Хасавов: Когда я только начинал заниматься творчеством (моя первая публикация состоялась, страшно подумать – десять лет назад), то мог работать, что называется, по наитию. Сейчас, конечно, я набрасываю план, от которого в процессе работы могу и отступить. Кроме того, я долго редактирую свои тексты. Но всегда работа происходит по-разному – порой захватывает какая-то определенная идея, а план строится вокруг нее, иногда сразу предстает вся картина. В «Сирене», как я и говорил раньше, у меня была хорошая опора в виде мифа – оставалось вложить свои идеи в существующую рамку.