АЛЛА ДЗЮРИЧ О ТРЕВОЖНЫХ ЛЮДЯХ

Привела ребенка к стоматологу, заняли очередь, сидим. Тут женщина напряженная, как электричество. В одну дверь заглянула, что-то спросить, в другую. С ней сын в шапке и зарёванный, аж распух. Она его высмаркивает, шапку поправляет, сама вся задыхается от волнения. Вся очередь проснулась и наблюдает. Женщина подсела ко мне, вертится нервно. Спрашивает, что у нас? Кариес? Дупло? Слово-то какое. Тут же поинтересовалась у мужчины рядом какая бывает реакция на лидокаин? Он пожал плечами. Тогда она уточнила во сколько тут обед? Наверняка же не успеет, как-то медленно очередь движется. Что ж такое? «Испереживалась» вся. В общем, очень мешает тут она. Отвлекает своими тревогами. Я из-за неё никак не дочитаю брошюру, какие там еще бывают виды неправильных прикусов? Дистальный, медиальный, тут ещё картинки, открытый прикус вообще чудовищно выглядит, может это челюсть тираннозавра все-таки? А тётя всё ёрзает. Мне уже кажется, у неё что-то хроническое. Ну, знаете, бывают такие люди, им одновременно и страшно, и стыдно, и обидно. Невроз как бы. Я, кстати, давно заметила, что мобилизовать такого невротика не получится, будешь его успокаивать, утешать, а он продолжит выдумывать себе новые причины для паники, нагнетать, проецировать нехорошее, сходить с ума. Что самое неприятное, он так и тебя дезориентирует своими хаотичными метаниями. Иногда кажется, сейчас вот от своей беспомощности вскроется. Ну а как? Столько-то страданий терпеть.

"]Need Space 

Читать далее

ЧИТАЙ! БОГАТЕЙ!

Millionаire.ru совместно с OZON.ru ONLINE AWARDS  представляет шорт-лист книг в номинации «Лучшие бизнес-книги», который поможет вам на пути профессионального развития.

                                               
А. Левитас: Экспресс-маркетинг. Быстро, конкретно, прибыльно

Можно ли получить мгновенные результаты в маркетинге? Думаете нереально? Но Александр Левитас, известный эксперт по партизанскому маркетингу, бизнес-тренер из Израиля, считает иначе. Александр написал книгу по экспресс-маркетингу, благодаря которой вы сможете увидеть результат практически сразу! Его книга – победитель премии OZON.ru ONLINE AWARDS в номинации «Лучшая бизнес-книга» 2016 года. Никакой воды, только практические советы и примеры реальных кейсов! Автор раскрывает секреты грамотного позиционирования бренда, создания новых продуктов на основе старых, выводе их на рынки и многое другое! Советы Александра помогут повысить уровень профессиональной квалификации и будут полезны специалистам различного уровня: от новичков в маркетинге до коммерческих директоров, руководителей и владельцев малого и среднего бизнеса.

С.Абдульманов, Д.Кибкало,Д.Борисов: Бизнес как игра. Грабли российского бизнеса и неожиданные решения

Руководители российской компании «Мосигра» рассказывают о своем опыте ведения бизнеса и испытаниях, которые встретились на поприще отечественного рынка. Книга интересна тем, что в ней легко и непринужденно поднимаются волнующие вопросы, для которых до сих нет конкретных ответов. К примеру: «Когда нужно поднимать зарплату?», «Что делать, если вам отказали на второй минуте собеседования?», «Как понять клиента?». Сложные процессы уже не кажутся столь пугающими, авторы показали, как можно эффективно построить бизнес на простых и честных принципах. Книга разделена на несколько блоков: cтарт бизнеса, управление, маркетинг и розничный магазин. Для удобства читателя книга построена так, что её можно прочитать от начала до конца или же открыть на любом интересующем месте.

И. Манн, А. Турусина: Согласовано! Как повысить доходы компании, подружив продажи и маркетинг

Первая книга о способах разрешения конфликтов между отделами продаж и маркетинга. Авторы уверены, что 90% российских компаний страдают от этого конфликта, что прямым образом влияет на успех компании. Манн и Турусина разработали собственное решение, которое позволит решить проблему многих организаций. Благодаря этой книге вы узнаете о видах конфликтов, об мерах, которые способны решить их, а также о том, как повысить функциональную эффективность обоих подразделений, сделать их работу прозрачной и открытой. По словам соавторов – это решебник, практический сборник идей для урегулирования конфликтов. Без теории, без рассуждений – берите, внедряйте и увеличивайте продажи!

Т. Горяев: Шпаргалки для боссов. Жесткие и честные уроки управления, которые лучше выучить на чужом опыте

Основатель концерна «Калина», Тимур Горяев написал книгу, основанную на поразительно успешном предпринимательском опыте в России. Как выжить товару на забитом до отказа рынке? Автор представляет реальные кейсы из собственной практики и фокусируется на основных вопросах предпринимательства. Иронично и с юмором Горяев рассказывает о том, что ему пришлось выучить, искренне надеясь, что его опыт поможет желающим заниматься собственным делом. Главное достоинство книги – это баланс стратегического анализа (какие цели у предприятия и сотрудников, как оценивать работу, как выходить из бизнеса) и тактических решений, которые были лично опробованы автором за долгие годы.

 М.Ильяхов, Л.Сарычева: Пиши, сокращай. Как создавать сильные тексты

Объём текстовой информации, ежедневно падающей на читателей, вынуждает задуматься, как привлечь и удержать человека по ту сторону экрана. Те, кто постоянно пишут, знают, что от того, как сформулированы мысли в тексте, зависит, понимают нас или нет. Авторы, создатели ресурса GLVRD.RU, приводят реальные примеры текстов и объясняют, как излагать мысли кратко и убедительно без штампов и литературного мусора.  В книге представлено десять основных правил для создания сильных и ёмких текстов. Это незаменимое пособие для специалистов, вплотную работающих с текстами.

М. Умаров: PR в реальном времени. Тренды. Кейсы. Правила

Михаил Умаров – эксперт в области коммуникационного менеджмента, PR и Social Media, 10 лет проработавший в «Билайне», а сейчас возглавляющий свое агентство «Сomunica». Автор пишет о том, что знает лучше всего – о пиаре, который сейчас проходит стадию перерождения, смешавшись с журналистикой и блогерством. Книга поможет по-новому взглянуть на коммуникацию и научит считать кажущуюся призрачной эффективность. В профессии, где каждый день нужно учиться новому и развиваться, опыт практикующего специалиста поможет всем, так или иначе имеющим отношение к PR.

Д. Потапенко: Честная книга о том, как делать бизнес в России

Пришло время узнать всю правду о бизнесе в России! Автор Дмитрий Потапенко, известный российский предприниматель и медиа-личность, убеждает читателя, что предпринимательство – это, в первую очередь, про образ мышления и стиль жизни. Без прикрас, максимально открыто автор рассказывает о своём опыте ведения бизнеса в российских реалиях. Здесь нет волшебного рецепта моментального успеха или неоправданного внушения надежды. Потапенко честно заявляет: «Это книга – удар током. Я хочу помочь вам трезво взглянуть на бизнес и себя в нём». Книга понадобится начинающим бизнесам, а эксперты отрасли найдут интересные мысли для развития собственного дела.

М. Хазин, С. Щеглов: Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите

Что такое власть? В этой книге вы узнаете о всех этапах властной карьеры: от рядового сотрудника организации до высокопоставленного представителя мировой элиты. Главное достоинство работы авторов в том, что она позволяет взглянуть на процессы под совершенно новым углом. Несколько страниц в конце даже специально посвящены терминам и списку дополнительной полезной литературы. Материал преподносится в нестандартном формате диалоге, и книга читается легко и быстро, несмотря на внушительный объём. Кроме того, авторы описывают несколько точек зрения на природу Власти, предлагая читателю самостоятельно сформулировать видение по этому вопросу.

Т. Пикетти: Капитал в XXI веке 

Томас Пикетти посвятил книгу экономическому неравенству в Европе и Соединенных Штатах с ХVIII по ХХI век. Автор, проанализировав большое количество информации, пришел к выводу, что на данный момент мир находится на этапе стремительного роста неравенства, которое может привести к серьезным социальным и политическим последствиям. Пикетти считает, что для разрешения этой проблемы необходимо создать глобальную систему прогрессивного налогообложения на богатство. Эта мера позволит избежать ситуации, когда основными мировыми богатствами владеет элитное меньшинство. Сложная информация подаётся в довольно простом формате, ориентированном на рядового читателя без экономического образования.

В 2014 году книга возглавила список бестселлеров газеты New York Times, будучи признанной самым значимым материалом по экономике последнего десятилетия.

А. Фридман: Вы или хаос. Профессиональное планирование для регулярного менеджмента

Александр Фридман, эксперт по регулярному менеджменту, бизнес-тренер и управляющий консалтинговой компанией Amadeus Group, покажет, как наконец ввести тайм-менеджмент в систему корпоративного управления, научиться работать без авралов и достигать поставленных целей. Методика, которую предлагает Фридман, наладит систему управления организацией и повысит производительность компании. Автор уверен, что для максимальной эффективности необходимо учитывать особенности национального менталитета и локальные обычаи ведения бизнеса. Читатели уверяют, что после прочтения книги они сумели освободиться от постоянного хаоса не только на работе, но и в личной жизни.

Д. Румянцев: Продвижение бизнеса в ВКонтакте. Новые практики и технологии

На счету Дмитрия Румянцева продвижение в социальной сети ВКонтакте более сотни коммерческих проектов различных тематических направлений. Читай и делай – этому правилу рекомендует придерживаться Румянцев. Создать продающий контент – легко, правильно позиционировать бренд – запросто, выйти в топ в поисковых запросов – без проблем. Страницы этой книги полны идеями стратегического продвижения как в самой социальной сети, так и в целом в онлайне. Отсутствие банальных вещей и наполненность реальными примерами делают книгу незаменимой для всех, интересующихся данной тематикой!

К. О’Ши: Феномен ZARA

Книга о поразительном успехе одной из самых влиятельных компаний в мире. Амансио Ортега – основатель Inditex group, в которую входят такие бренды как ZARA, Massimo Dutti, Pull & Bear, Stradivarius, Oysho, Bershka. Один из трех самых богатых людей на Земле, он произвел настоящую революцию в сфере моды и производства одежды. В этом признанном бестселлере вы узнаете о том, как Амансио из простого продавца вырос в богатейшего человека в Европе, изменив сознание миллионов потребителей.

 

Бизнес-книги созданы для тех, кто никогда не останавливаются на достигнутом. Такие люди, как правило, постоянно стремятся к познанию нового и ищут инновационные методики по повышению собственной эффективности.  Истории успеха, облаченные в книги, всегда вдохновляют читателей на то, чтобы начать действовать. Все вышеперечисленные книги являются номинантами OZON.ru ONLINE AWARDS в категории «Лучшие бизнес – книги» и были отобраны с помощью онлайн-голосования российскими пользователями

АЛЛА ДЗЮРИЧ О ЖЕНСКОМ МАЗОХИЗМЕ

Света не против, чтобы было всё плохо. Ясно, что это симптом. Что-то глубоко психологическое. Может в детстве её заставляли заправлять пододеяльники. А теперь она встречается с мужчиной, которому ничего не нужно. Она страдает и ей себя жалко. В планах утопиться. Но никто её уже не отговаривает, известно, что дальше – порыдает, пожалуется и ничего. Все привыкли. Ну три года одно и то же, уже скучно. Всё убивается и убивается – никак не убьётся. Мазохиста в жизни ждёт только хорошее же.

И не заканчивает она эти отношения не потому что любит, просто она нуждается в таких эмоциях, ей подходит это подвешенное состояние. Ждать, когда он позвонит, когда наконец познакомит с родителями и друзьями, когда они выйдут за рамки просто секса. А он в ус не дует, понимает же, ну покапризничает, побросает трубки и все равно даст, потому что любит. Ну, она думает, что так и надо любить. И вот вроде обидно ей, пользуется же, но эта удивительная способность растворять боль в любви. Даже насилие. Как будто любовь – это купель. Окунул и готово. Анжела, например, Свету не понимает.

Когда Анжела решила развестись, её тоже никто не понимал. Квартиру муж купил, ремонт сделал, ногами не бьёт, что не так-то? Ну, «упарывается»  по ночам в танчики. Это же  не повод для травли мужика. Не тот масштаб, чтобы разводиться. Хватит придираться.

sado-mazo-meditsina-4

Читать далее

ДМИТРИЙ МАКАРОВ: “БАБУШКА ОШО”
Дмитрий Макаров – поэт, писатель, куратор. Родился в Ленинграде в 1981 году. Автор трех книг стихотворений и короткой прозы. Последняя – “Большое путешествие в точку Я” – вышла в издательстве “Глагол” под редакцией Александра Шаталова в 2016 году. Регулярно выступает с поэтическими концертами, на которых читает собственные тексты и поет чужие песни. Как куратор, Дмитрий ведет проекты в области популяризации классического кино, современной поэзии и серьезной музыки. Самые известные проекты: “Кино и Макаров в одном Флаконе”, “ИТД” в музее А.Н.Скрябина, “Кино за чаем” во Французском чайном доме, “Инотеатр” на выставке Лаборатории Дмитрия Крымова. Много путешествует, живет и работает в Москве. В последнем выпуске журнала millionaire.ru был опубликован  рассказ Дмитрия Макарова "Бабушка Ошо".

 

 

Тетя Тамар говорит по-русски с «тем самым акцентом». Телефон только усиливает его. Шалва улыбается в трубку, но в ответах хранит серьезность. Тетя Тамар – это его детство. Как и бабушка Ошо… Только нет больше бабушки Ошо. Поэтому Шалва любит тетю еще сильнее.

– Пока бабушка жила, я терпела. Сирень терпела – сжечь ее, проклятую! Котов терпела – головорезов. Ну вот совершенно бесполезные твари! А чем она их кормила? 
– Чем, тетя Тамар?
– Да мной же! Пилила меня и по частям своим кошакам скармливала. Я ей говорю: «Бабушка Ошо, вы уже закончите со мной, уже порежьте меня – пусть ваше зверье радуется, чтоб его…»
– Что вы такое говорите, тетя Тамар? Что значит – вами?
– Шалва, а как ты думаешь? От мужа моего покойного мне что осталось? Давление и библиотека. Вот она по книжке под мост таскала на продажу и покупала кошакам корм. Нажрутся, бывало, и ссут в мою постель. Это про пение я даже не заикаюсь. Я ей говорю: «Бабушка, вы хотя бы яйца им кастрируйте…»

– А сирень вам чем не угодила, тетя Тамар? – Это такой, как сказал бы Шалва, ежегодный вопрос.
– Всю весну я лежу пластом из-за этой аллергии – двадцать лет. – А это ежегодный ответ. Цифра тоже не меняется. – Она же знала, что я аллергик, да? Ну знала же! Но все время это: «Тамар, иди ветки подрежь, Тамар, иди букет нарви тете Сопе…» Я ей говорю: «Бабушка, вы моей смерти желаете?» Ей все равно – как барану до барабана. Шалва, как вы там, в Москве, с аллергией сражаетесь?
– Таблетки, таблетки…
– Ой, Шалва, привези одну, а? Не дай умереть тете Тамар…
– Хорошо, тетя, привезу.
– И приезжай уже, пожалуйста. Мы тебя двадцать лет не видели… Грузинский-то не забыл еще?
– Забыл, тетя Тамар… 
– Да все сама слышу, как ты без прононса теперь по-московски говоришь. Москвич совсем стал… Когда ждать тебя, Шалва?
– Ну я же сказал – через неделю. 
– Жалко, бабушка Ошо не увидела тебя… Так она тебя ждала каждый год, письма все твои перечитывала. – Тетя Тамар заплакала в телефонную трубку. 
– Не надо, тетя… Пожалуйста. 
– Я бабушке не сказала, как я люблю ее, только ругались каждый день. То она с утра заведет свой патэфон, то я что-нибудь ляпну… Каждый день… Так она и не узнала, что люблю ее.
– Она знала. Она мне писала… Тетя Тамар?
– А?
– Не рубите сирень пока, дайте мне еще разок в своем саду посидеть, вина выпить…
– Ну хорошо, подождет тебя сирень.
– А коты? 
– Что коты? Куда их… В них бабушка осталась, пусть живет… Буду Горького продавать, чтоб им на сладкое хватало… Приезжай, Шалва.
– Приеду, тетя Тамар. До встречи.
– До встречи, Шалва.
 

***
Детство хранится в большом темном сундуке, где очень холодно и воспоминания не портятся и не стареют. Вот какая-то улочка – узенькая, темная, кривая, большой платан на углу возле обувной мастерской. По вздувшейся пузырями мостовой бежит маленький мальчик, плачет, зовет маму и спотыкается – все коленки уже в крови. Мальчику пять лет, это Шалва. А бежит он от огромного страшного черного пуделя размером с курицу. Только куриц Шалва не боится – их у бабушки Ошо во дворе целый куриный клуб во главе с петухом-председателем, а пуделя Шалва боится ужасно. А впереди стоит большая мама в широкой черной юбке. Шалва бежит к ней, но не искать спасения, а схватить маму за юбку и бежать с ней прочь – ведь там ужасный черный пудель. Но тут пудель отстал, вот и мама, у нее в руках эскимо. Шалва ест мороженое – рот весь в шоколаде – и что-то кричит вдогонку убегающему монстру. 
 

А вот еще сад во дворе их старого дома. Окна распахнуты. В доме везде пахнет сиренью. И бабушка пахнет сиренью – такие у нее духи. Нет уголка во всем этом доме, где бы не пахло сиренью. Но в других дворах она почему-то совсем не растет. Тетя Тамар чихает и плачет, срезая ветки и ставя их в вазу. Из дома выходит бабушка Ошо – все начинают ругаться. 
 

Шалве семь лет. Ему дарят немецкую дудку на батарейках – дядя привез из Москвы. Мальчик играет неделю, две. Бабушка отбирает дудку и прячет куда-то. Шалва рыдает, но бабушка непреклонна. Через год, роясь в бабушкиных вещах, Шалва находит дудку, но она не издает ни звука. Злая бабушка Ошо заколдовала ее. И снова – в слезы.

«Да просто сели батарейки. Вот и все злое волшебство…» – Шалва летит над горами Кавказа. Самолет украинский, стюардессы из Донецка, вокруг грузинская речь – Шалва понимает с пятого на десятое. «Что во мне грузинское? Имя разве что? Кровь? Да бывает ли она грузинская или русская?» 

Кавказ за иллюминатором совсем не изменился за эти двадцать лет. Такой же он был и в восемьдесят девятом, когда Шалва с мамой улетали в Москву к родственникам. Думали, на год, оказалось, навсегда. Теперь уже у Шалвы все в Москве – и друзья, и девушки, и прописка, и даже свои покойники: маму похоронил на Востряковском – она Тбилиси больше не увидела. А Шалва все собирался каждый год. Да потом одни проблемы, другие, потом эта глупая война. И вот умерла бабушка Ошо. «Неужто она должна была умереть, чтобы я собрался приехать»? 


Воспоминаний много. Сопротивляться им бессмысленно. Шалва закрывает глаза и снова слышит ту немецкую дудку, слышит запах сиреневых кустов, привезенных из Питера и посаженных после древней войны дедушкой, слышит ругань бабушки Ошо и тети Тамар, лай пуделя, божественный смех мамы, «Радионяню» из большого приемника в гостиной: «Вот и все. Веселый урок окончен».

Бабушка Ошо всегда была так стара. А сколько ей было лет, никто не знал. Сама она говорила: «Я в пятом веке родилась – при царе Вахтанге». Также никто не помнил, кому и кем она приходилась – вроде бы вторая жена доктора Зураба, это дед тети Тамар, но и эти сведения никто особо не проверял. 


Бабушка Ошо была всегда. Все в старом Тбилиси знали ее, каждая кошка в Сололаки знала ее теплые сухие руки, каждая девочка или мальчик – пять поколений школьников выросли, уплетая хачапури бабушки Ошо, которыми она торговала возле церкви за домом. Бабушка и Тбилиси в голове Шалвы давно слились в одно сладкое воспоминание. Они одинаково пахли, они были похожи до мельчайшей черточки, до последнего не седого волоса на голове… И вот бабушки нет. А есть ли город тогда? Кто за ним смотрит? Кто гладит кошек, кто кормит ребят хачапури? Кто ругает тетю Тамар? 
 

***
В новом терминале аэропорта Тбилиси Шалву встречает тетя. Она встала вдалеке справа, может быть, стесняясь своей полноты и совсем уже старушечьего лица. Сколько же ей? Уже за семьдесят, наверное. Шалва в два раза выше, он сначала близоруко озирается, никого не видит. Но вот тетя Тамар робко машет ему рукой. Два-три больших шага, и тетя в объятиях, она пахнет хлебом, сиренью и деревянным домом, совсем как бабушка, как старый город. Обнявшись, они идут к такси. Напротив Шалва видит советское здание аэропорта, откуда когда-то он улетал в Москву.

В такси тетя оживает, и снова ее не унять:
– Ай, как вырос! Совсем мужчина. Руки большие какие. Ты все не женат? 
– За прошедшую неделю, тетя, не женился – времени не было.
– Ну, ладно, мужчине можно долго не жениться. Ты все успеешь, дорогой! Как мамочка? Бываешь на могиле?
– По воскресеньям, – врет Шалва. Исправляется: – По праздникам.
– Хороший сын, бабушка Ошо так и говорила: Шалва хороший сын, на нем наш дом будет держаться! Видишь, как все сложилось: сколько нас было? Стола не хватало во дворе, чтоб всем сесть на Пасху! А теперь? Ты, да я, да бабушкины коты-засранцы! Все разлетелись, кто в Москву, кто – на небо… Ты надолго?
– На неделю, тетя.
– Вах, как мало! Мы ничего не успеем! 
 

Такси мчится по гладкому новому шоссе, справа стоят долгострои, пасутся коровы, на въезде в город улыбается Джордж Буш-младший: оказывается, эта улица из аэропорта носит его имя. 


– Политики с ума посходили. Ваши черти, наши черти… Еще американских только не хватало! Ай, Шалва, дорогой, я ж тебе лепешку теплую привезла. Ты с дороги голодный – кушай скорее! – И тетя Тамар разворачивает бумагу… Шалва уплетает лепешку. Сейчас бы глоток вина…
– Тетя, а что везде стройки у вас? 
– Ну вот так… Разрушают старое, строят новое… Правда, теперь у нас деньги кончились вроде бы, так что стройки стоят, а руины… И руины тоже стоят. Так и живем – налево стройка, направо помойка. 

Когда Шалва уезжал в Москву, ему было двенадцать лет. Что он запомнил? Старый город – почти уже обвалившиеся балконы, стены домов, увитые диким виноградом, лестницы без ступеней… Тбилиси был тогда уже бесконечно стар, но в нем кипела жизнь, были молодые сильные люди, полные энергии, они-то и наполняли эти старые дома жизнью. 

Теперь Шалва видит город как будто после бомбежки – что-то успели залатать, но заплаты эти не спасают – швы наложили на старую кожу, кожа не держит их. Молодых людей на улицах мало, все они сидят вдоль дорог в старом городе на корточках и все говорят о чем-то. 

Что-то случилось, что-то случилось. Вот их дом, вот арка, вот балкон… Все, как в детстве. Или нет?

– Шалва, мы через арку теперь не ходим, там штукатурка опадает большими кусками… И на балкон теперь нельзя – он совсем прогнил…
– Я там уроки делал и спал летом…

Узкая лестница. Пахнет сыростью и сиренью. Впереди через окна видны сиреневые кусты – это двор, это сад… Дедушка Зураб, говорят, до революции жил долго в Петербурге, а после первой большой войны и работал там. Жили с бабушкой Ошо на Крестьянской улице, а под окнами сирень росла. Когда в северный город наконец приходила весна, бабушка Ошо растворяла все окна, надевала лиловое платье и душилась «Сиреневой водой». А потом, когда решили вернуться в Грузию, дедушка для бабушки купил саженцы сирени, и вскоре их двор в Тбилиси расцвел. Сирень здесь начинала цвести раньше и цвела дольше. Бабушка Ошо была счастлива.

 
Тетя Тамар чихает, не может остановится… 
– Как вы здесь живете? 
– Терплю весной, капаю капли… Яд какой-то цианистый, кофе пью нерастворимый…
– Я вам таблетки привез. Много… А кофе вам уже нельзя, наверное.
– Уже? Это в пятьдесят было уже нельзя. Сейчас уже снова можно.

Смеются и проходят в дом. Тетя идет принимать пилюли, а Шалва спускается в сад, садится на почерневший от времени стул и закрывает ладонями лицо. 
«Надо было мне на год раньше приехать… Бабушку не повидал, как же так. Мама бы мне этого не простила…» Шалва открывает глаза – перед ним сидит маленькая черная кошка – ну в точности бабушка Ошо! А за ней еще одна – тоже бабушка Ошо! И такой же взгляд… Шалва берет кошек в руки и поднимает их высоко – кошки (каждая в своей руке) не издают ни звука и не вырываются. В сад спускается тетя Тамар. В руках у нее бутылка вина и хачапури. 
– Шалва, поешь немного! 
– Вам лучше, тетя Тамар?
– Ты приехал, вот и лучше. И таблетки твои хороши. Это какие же черти такие пилюли умные делают? Неужто русские?
– Да нет… немцы.

Вечером Шалва и тетя сидят в саду.
– Бабушка лежала в больнице месяц. Больничка двухэтажная, никудышная. Одно хорошо – вид на реку… Ее положили в палату для таких больных, которые уже не поправятся. А у окна растет большое дерево. Не знаю какое… Высокое красивое дерево. В три раза выше этой больницы. Так вот, приходила навестить ее, выхожу… Дай, думаю, помашу рукой в окно напоследок. Шалва, ты знаешь, это дерево… оно все в ленточках, в тряпочках – до самой своей макушки! И к нижней ветке привязана яркая сиреневая ленточка. Прямо возле окна их палаты на втором этаже. Я хотела крикнуть: «Бабушка!» Но не смогла. Это же я ей эту ленту старую из дома принесла – в комоде нашла. Шла домой и все думала об этой ленточке. И о других… Это все молитвы о помощи, Шалва, о спасении… Знаешь, сколькие наши с тобой родные в этой больничке дух испустили? Весь старый Тбилиси там кончился. Одни только ленточки на дереве остались. 
Тетя выпила два бокала красного и, захмелев, опустила голову на плечо Шалвы. Ее слезы капают на сильную руку Шалвы. 
– Когда я буду умирать, ты успеешь приехать обнять меня, Шалва?

Вот и ночь. Черный квадратный контур двора в небе, звезды – одни только звезды, никакого другого света, луна еще не встала из-за горы. Воздух стал заметно прохладнее, но также пахнет сиренью. И чудится, что где-то в кустах, где-то в углу двора и по всему большому старому дому снуют маленькие черные коты и кошки, так похожие на бабушку Ошо.

15536644_10155047136910695_21895056_o

Читать далее

КАК ЛЕВАКИ ВМЕСТЕ С ИСЛАМИСТАМИ УБИВАЮТ ЛЮДЕЙ В ЕВРОПЕ

Историк и режиссёр Евгений Понасенков о теракте в Берлине.

И снова исламистский террорист, и снова «беженец» (а по сути – солдат армии вторжения в Европу) убил людей – на этот раз в Берлине. И в тот же день в Швейцарии другой исламист так же убил людей, а на следующий день в Висбадене еще один – совершил новую кражу и убийство. А все почему – потому что только преступник или идиот могли пустить к себе в дом дикарей-террористов, которые веками ничего не делали, а только агрессировали (иначе бы в их регионах было бы что-то создано и они бы не рвались ордой в Европу)!  Людей в Германии, а до этого весной в Брюсселе (ИЛИ ВЫ ЗАБЫЛИ УЖЕ?), а до этого в Париже и Ницце убили пришлые скоты, больные одной конкретной террористической религиозной идеологией, которая всегда осуществляла мировую экспансию, НО раньше существовала граница и линия фронта – и европейцы талантом и огромными жертвами отбивали нападения (напомню, что захватчиков остановили УЖЕ в глубине Франции в 732 году и под Веной в 1683 году – изучайте историю!!). А сегодня те, кто пытался захватить Европу, запущены в тыл, им дали бесплатные квартиры, пособия по безделью, телефоны, компьютеры и подвижную технику для удобства уничтожения благодетелей на фактически оккупированой территории.

Подчеркиваю еще и еще раз: если бы конкретных дикарей-террористов не пустили в Европу несколько месяцев назад, СОТНИ людей были бы живы! Почти во всех интервью я предупреждал с ПЕРВЫХ ЧАСОВ о преступлении, которое совершают левацкие власти, но меня не слушали. Более того – ничего не изменили и начавшиеся теракты, которые уносили жизни по 100-150 человек в несколько минут!! Это паралич мозга, это раковая опухоль великой цивилизации. Только представьте себе: если бы просто послушали меня, сейчас КОНКРЕТНЫЕ СОТНИ людей были бы живы! Вот один из документов (переведен, кстати, на английский) – здесь я предупреждаю о том, что начнутся теракты (+ КТО и КОГДА их совершит), через несколько часов (!) после приема очередной партии армии вторжения: https://www.youtube.com/watch?v=qH5hstbYNQk

Только опасный глупец или не менее опасный предатель может не понимать, что это не теракты, а война – война нового типа: нонконвенциональная, скотская, варварская, без чети и совести. Потому что у тех, кто ее с нами ведет, АПРИОРИ, исторически не было таких терминов, как «честь», «совесть», «права человека», «беженец» и т.д. Все с точностью до наоборот – почитайте их сказки, послушайте устные рассказы: главный талант и главная радость – обмануть и ограбить путника или кого угодно. Рыцарства у них не было как факта. Не было рыцарского отношения к противнику, к другу, к женщине, к подчиненному. Не было Просвещения, не было науки и полетов в космос! Что для нас плюшевая игрушка или персонаж мультика – то для них кровавый ритуальный предмет из пыльного средневековья! Все нападения ублюдки-террористы производят ПОДЛО: это в их природе – они не имеют талантов и трусливы от рождения – поэтому не сражаются на поле брани, а стреляют в спину (как на днях послу Карлову), наезжают на машине на мирных людей – и затем скрываются (благо бездарная полиция боится хватать наиболее возможных подозреваемых – полицейских за такое левацкие фашисты могут самих посадить).

                                      Не менее страшны, чем террористы – левацкие фашисты, которые УКРАЛИ термин «либерал» (изначально – это тот, кто за свободу личности с частной собственностью и без диктата церкви и государства), надели этот красивый термин на свою безобразную харю, с клыков которой стекает кровь сотен невинных людей – и впускают врага в тыл. Леваки уничтожили главные ценности Европы: частную собственность (ибо непомерными налогами на прием армии вторжения грабят тружеников, отнимают часто квартиры, частные отели, школы – для размещения в том числе ТЕХ, кто за деньги граждан Европы станет их убийцей!), фактически уничтожили границу (дикари просто ломают заграждения, топчут ногами и плюют в пограничников – а тем запрещено стрелять и даже просто серьезными методами останавливать незаконно вторгшихся), уничтожили права человека, ибо, по сути, лишили европейцев главного права – права на жизнь.

Леваки с помощью дикарей с террористической идеологией уничтожили гигиену, чистые улицы, уничтожили комфорт и спокойствие – все, чем славилась Европа! Они подменяют цивилизованных нецивилизованными. Они ЗАПРЕЩАЮТ ЗАКОНОДАТЕЛЬНО даже говорить о проблеме! Это ли не тоталитарная идеология?! Это ли не фашизм! Именно это и есть фашизм – когда нельзя думать и говорить, что считаешь нужным! Это и есть «фаши» – «ячейки» леваков, которые душат свободомыслие! Это и есть фашизм, когда к тебе в отель (как недавно в Италии – известные кадры) врываются полицейские, выкидывают ЧАСТНОГО владельца – чтобы заселить туда черт знает кого, кто вести себя гигиенично не умеет. Они УЖЕ преступники – так как нарушили границу! Однако власти помогают продолжать совершать преступления: теперь бандитам уже не надо самим нападать на людей – им помогает нападать и вселяться в ЧУЖУЮ собственность полиция! Это Кафка! Это апокалипсис Европы! Счастье привалило: теперь не одна наша феноменальная родина может гордиться тем, что «мы рождены, чтоб Кафку сделать былью» – на большой европейской родине упомянутого писателя уже все с этим в порядке!

А что дальше – да то же самое!! Люди убиты, но никаких уроков, никаких принципиальных концептуальных шагов не сделано – и не будет сделано. Как после Парижа, Ниццы, Брюсселя (+ вы откройте энциклопедию: ЭТИ твари с теми же религиозными лозунгами устраивали такие же теракты все 2000-е, много известных трагедий в 1990-х!). Агрессивные шизики только подтверждают своим поведением правильность описания на известных карикатурах.

%d0%b6%d0%b6-%d0%b1%d0%b5%d1%80%d0%bb%d0%b8%d0%bd-%d1%82%d0%b5%d1%80%d0%b0%d0%ba%d1%82

Читать далее

ТБИЛИСИ. ИЗ ДНЕВНИКА ДМИТРИЯ МАКАРОВА, ИЮНЬ 2015 г.

Поэт и писатель Дмитрий Макаров поделился с нами главами из своего тбилисского дневника

ВОРОНА

На площади Свободы  в Тбилиси на меня напала ворона. Пролетела над головой в режиме бреющего полета и цокнула клювом. Я обалдел от такой наглости. Оглядываюсь и вижу, что две агрессивные птицы посреди толпы людей (дело было на остановке) защищают свою раненую подругу. Она лежит на газоне со сломанным крылом. Безнадежно… Забрать ее они не могут, а клевать людей устанут… 
 

Пишу подруге сообщение: «На меня напала ворона».
Она мне: «Ужас! Что она хотела»?
Я: «Не сказала»…

 

ЗНАМЕНИТОСТЬ

В день тбилисского потопа, который в целом был самым обычным днем, у моей дорогой подруги Дины заболела собака. Был выходной, вечер, грузины по всей стране садились ужинать, саперави текло рекой, дымились хачапури, благоухали лобио, пхали… Но какие тут пхали, когда собака мучается. Знакомые знакомых порекомендовали чудо-доктора, который может принять дома. Я предложил Дине свое общество. Приехали к доктору. Назовем его Виктором. Приятный мужчина средних лет, большой поклонник группы Queen – вся квартира в пластинках, живет вдвоем с мамой в небольшой квартире на окраине Тбилиси. Доктор как-то сразу обратил все внимание на меня. То есть собаку он осмотрел, диагноз поставил, укол сделал, но общался по большей части не с Диной, а со мной. Ну, думаю, все понятно, хороший вкус у ветеринара. Распрощались, уехали… 

Прошло две недели. Дина присылает сообщение:
"Повезла я в следующий раз собаку к Виктору. Вхожу, а он смотрит мне за спину с надеждой и говорит так разочарованно: "А вы сегодня без супруга?" Я говорю: "Я и в тот раз без супруга была. Это друг мой, писатель из Москвы Дима Макаров". А Виктор восклицает: "Я так и знал! Так и знал, что он какая-то знаменитость! Теперь все ясно, а то мы с мамой пол ночи спорили"…

Представляю себе эту картину. В Тбилиси такой дождь, что спать страшно. Звери из зоопарка разбежались, люди гибнут. А Виктор с мамой пьют чай и строят на мой счет предположения.

 

МЕРТВАЯ ЗНАМЕНИТОСТЬ (РЕМАРКА)

Кстати, мой друг Кузьма Бодров – композитор, музыку которого я очень люблю, написал произведение "Лиссабон" для хора, солистов и ударных. Перед всей этой красотой читают мое четверостишие. То есть не читают, а читали один раз на премьере в Большом Зале Консерватории. 
 

А недавно Кузьма зашел в Авторское Общество и неожиданно зашла речь об этом небольшом сочинении. 
– Кто автор слов? – спросила дама из Авторского Общества.
– Поэт Дмитрий Макаров, – ответил Кузьма Бодров. 
– А когда он жил?…

 

ПОСЛЕ НАВОДНЕНИЯ В ТБИЛИСИ

Из-за траура отменили спектакль Резо Габриадзе. Я сдал билет и сел в кафе при его театре. За соседним столиком родители (папа грузин, мама русская) пытаются накормить сына лет десяти: 

– Что ты будешь? 
– Я не знаю. Я не решил… 
– Я даю тебе полминуты… – шипит папа. 
– Что я могу решить за полминуты? Суп. Я хочу суп!
– Он будет куриный кебаб с картошкой. – заявляет мама. 
– Он не будет… – говорит папа. 
– Не мешай мне спорить с ребенком!
– Вот что значит – сесть в кафе при театре, – вздыхает папа. – Вина всем! 
– Всем? – изумляется официант. 
– Всем, кроме меня и ребенка!

15536644_10155047136910695_21895056_o

 

Читать далее

АЛЛА ДЗЮРИЧ: “ПАПА, НАУЧИ МЕНЯ ПАЯТЬ…”

Одноклассница Ленка говорила, что  папа её умер. Я не очень верила, но на всякий случай делала понимающее лицо. Просто я сама всем наплела, что потеряла папу. Если расспросы продолжались, уточняла, что погиб от желтухи, и что до этого он был благородным летчиком.

Можно было соврать, что на задании, и в его истребитель попало шесть бомб, но быть дочкой героя всё-таки бремя. А честно признаться, что родители развелись, и теперь папа живёт в Хабаровске, вообще казалось стыдным. С Ленкой мы крепко дружили, обе были «бесплатницы». В то время всех детей из неполных семей в школьной продленке кормили бесплатно. Государство о нас заботилось. Но лучше бы оно это делало конфиденциально, потому что раз в месяц, когда классная руководительница собирала взносы за обеды, на нас делался беспардонный и унизительный акцент. Всех перечисляли по фамилиям, как везунчиков из списка Шиндлера и ставили напротив крестик. Этот крестик слишком уж  символизировал наше положение. Мы чувствовали неловкость и, не сговариваясь, тушевались. И всё же унизительнее всего было Рустаму, чьи родители всегда задерживали взнос. Учительница отчитывала его при всем классе, и как нарочно подбирала самые обидные слова, намекала, что у их семьи нет денег, ну и с совестью тоже не фонтан.

Я помню, что нас – «бесплатников», было не так уж много, но мы ощущали какую-то связь друг с другом. Может быть, по такому же принципу собираются в отдельные районы беженцы. Их не связывает друг с другом ничего, кроме вынужденного положения. Так и мы, в принципе даже не друзья, раз в месяц оказывались на мгновение ребятами из гетто.

Такое могло повториться еще только, может быть,  на уроке, если темой была «профессия наших отцов». Обычно даже «бесплатники» умудрялись рассказать хоть что-то. Я без предисловий, сразу отвечала, что у меня папы нет. Мой ответ производил всегда сильное впечатление, все дети и даже учительница на секунду замолкали, им требовалось время, чтобы осознать всю степень моей драмы и одновременно моего мужества. А я в эту секунду воображала себя Александром Матросовым, закрывшим грудью фашистский дзот.

«Бегите,  бесплатники, я вас прикрою, бросьте меня, спасайтесь сами!»

family-photography-61

Читать далее

АЛЛА ДЗЮРИЧ О “ТРУДНОМ СЧАСТЬЕ”

На самом деле человек не так несчастен, как ему думается, и он никогда не станет настолько счастлив, как ему хочется. Может быть, счастье – это отсутствие несчастья?

Я подумала, может быть,  она просто привыкла идти к цели через препятствия? Так жизнь сложилась. Ей было трудно, но она знала, ради чего терпит. Работала допоздна, ради должности. Выхаживала полгода отца после инсульта, чтобы он не стал инвалидом. Не отдыхала на курортах много лет, потому что откладывала на двушку ближе к центру. Уезжая в столицу, она оставила ребенка со своей тёткой, и ужасно винила себя, но понимала – это плата за хорошее образование, которое она сможет дать дочке в дальнейшем. Вся жизнь у неё с усилием. Ради результата приходилось помучаться. По тому же принципу она и с мужчинами сходилась. То у нее был водитель, который разбил её машину, а прав лишили её. И это было выходом на тот момент, ведь водителю права важнее. Потом она недолго встречалась с охранником, который выпивая, становился буйным, но в остальное время всем её устраивал. Наверное, она серьезно полагает, что просто так хорошо не бывает. Чтобы однажды стало хорошо, должно быть вначале сильно плохо. Чем хуже, тем лучше. За самое хорошее – самая высокая цена.

a04a2461-685f-43be-9f59-81c973c05ea0_cx8_cy13_cw88_w800_h450

Читать далее

“СУБЛИМАЦИЯ ОБИД”. АЛЛА ДЗЮРИЧ РАЗБИРАЕТСЯ В СУБЪЕКТИВНЫХ ПОНЯТИЯХ

Согласитесь, не всегда получается сразу сориентироваться и сказать человеку то, что стоило бы сказать немедленно? Лично мне иногда сложно поверить в то, что меня кому-то пришло в голову обидеть. Что вот только что, посреди бела дня, меня довели до таких злых эмоций. Ну, потому что я сразу думаю – нет, не может быть, за что меня, пупсичка такого обижать? Я почему-то всегда абсолютно уверена в том, что меня нужно беречь. Прям вот стараться.

С другой стороны, я понимаю, что человек делает больно другому, когда сам страдает. Но когда это происходит с тобой, ты же вот сразу не можешь воспарить над суетой. У тебя же с собой нет колокольчика, как у Свами Даши, чтобы дзынь и ты тотчас в гармонии с мирозданием и великодушно прощаешь обидчика. Нет, ты хочешь отомстить. Ну, я обычно хочу что-нибудь сломать человеку, по возможности всю жизнь, ну, или на крайний случай – ногу. Потому что во мне кипит гнев. Гнева во мне много, хватило бы на небольшую локальную войну. А потом я остываю, начинаю анализировать и прихожу к выводу, что ладно уж, живи. Добро во мне всегда побеждает, как в русских народных сказках.

А вот недавно знакомая рассказала, как долго прокручивала в голове конфликт с мужчиной, знаете, как бывает, когда от мыслей уже гематома мозга. И кто-то ей удачно подсказал, что нужно просто на листочек выписать все, без цензуры, всё, что думаешь о нём. Вернее даже, всё, что хотела бы сказать ему в лицо, но не успела. Опять же на листочек безопаснее. Главное его потом сжечь. И вот она говорит: «Представляешь, я взяла тетрадный лист и весь его исписала! Весь! С обеих сторон мелким почерком. Потом сожгла. Сижу, жду, что сейчас отпустит, и я его прощу. И внезапно вспомнила, что ещё забыла написать, что он сука. Взяла еще один лист и как бы закончила мысль. Опять сожгла, и реально стало легче!»

Я представила, как она, опомнившись, дописала – а еще ты сука. И в огонь. Люблю, когда люди ведут себя, как мультики. Я и сама такая же в точности. Только мне другое помогает. Я, например, начинаю представлять – сколько же людей вот так же из-за меня вели эти внутренние монологи. Ведь я-то тоже, в общем-то, не подарок. И думаю тогда, татарский бог, а вдруг вот собаки всего мира тоже сейчас обсуждают эту дикую историю с актёром Паниным. Вот представьте, что той собаке из видео тоже ужасно стыдно, и она всем говорит, что это не она, просто очень похожая на неё собака, всё это монтаж и её подставили!

Сейчас бы следовало сказать про то, что у любой медали есть оборотная сторона, но я другую мораль хочу до вас донести.

Что видео тоже нужно было сжечь!

АУРЕН ХАБИЧЕВ. РАССКАЗЫ И ЗАРИСОВКИ

Аурен Хабичев – писатель, прозаик, очеркист.  Печатался в ряде авторитетных литературных изданий. Работает над романом «СТО СОРОК ПОХОРОН», первая часть которого была опубликована в журнале «Новый мир». В романе повествуется  о  вымышленном  городе под названием  Ремуш. Он  находится «ладони молодого Бога», о котором часто думает аутичный мальчик по имени Гер – главный герой произведения.  Городок этот полон тайн и пороков и в один момент его начинают заселять «люди с одинаково черными и длинными, как у лошадей лицами и короткими горбатыми носами». Их женщины уверяют, что могут совокупляться с джинами и вообще, эти пришельцы  – довольно странные существа.  Millionaire.ru  публикует цикл рассказов автора.

 

 Дьявол

 Дьявол сидел у изголовья.

 – За жен-то чужих тебе там достанется. А так неплохо – тепло. Я бы даже сказал  жарко.

 – Ничего, сейчас встану. Движение – жизнь.

 – Сдавайся. Все одно – к нам угодишь. А потом, может, и колонию исправительную дадут.

 – Выживу, выживу.

– Выживешь – с ума спятишь. А что сумасшедший, что мертвый – разница небольшая.

 – Юродивый и сумасшедший не одно и то же. Вот мы сейчас с тобой разговариваем, а потом я людям о тебе расскажу. Меня назовут юродивым – и в святые.

 – Верно. Не подумал я об этом. Так а я, это, посохом своим память тебе и вышибу.

Дьявол аккуратно, словно репетируя, притронулся посохом к моему лбу.

 – А болезнь человеческую по законам вашим ускорять нельзя. Она должна наступить вследствие…

 – …естественных факторов, – задумчиво продолжил он.

 – Вот-вот.

 Старый торшер частично освещал комнату. Гость мой неторопливо встал с кровати и подошел к окну. Его шерсть блестела при лунном свете, хвост изредка  подрагивал. От него пахло хлевом.

– Живи еще. Говорят, на тебя есть планы.

 

Надя

 Надя ушла от меня к мужику в оранжевых лосинах. В последний раз я видел их вдвоем на одной светской вечеринке. Он бегал в оранжевых лосинах и вел себя вызывающе. В тот день я был слегка простужен, хорошенько вобрал в себя все, что было в носоглотке, и харкнул в бокал с шампанским. Мой друг преподнес этот чудесный коктейль мужику в оранжевых лосинах, к которому ушла Надя. Тот выпил. А я стоял и смотрел, как мужик в оранжевых лосинах пьет шампанское, разбавленное моей мокротой. Кроме шуток. Мне больно! Я не хочу жить. Я люблю Надю. И почему она ушла от меня, нормального парня, к мужику, который носит оранжевые лосины? Ох, Надя, Надя… Мне снился сон. У меня дома на подоконнике стоял глиняный горшок. В нем появился слабенький росток какого-то цветка. Может, это была просто сорная трава, но росток был очень слабым и тонким, с крохотными, просвечивающимися бледно-зелеными листками и узеньким стебельком. Я жалел его. Во сне я плакал над ним и боялся, что он завянет, так и не познав радости фотосинтеза. И тогда ты разозлилась. Ты вскипятила воду и ошпарила этот росток. Я проклинал тебя, ругал и выгонял из своего дома. И мне было так жалко этого ребенка – это беззащитное, безголосое растение, которое ты погубила. Я извлек его увядшее тельце вместе с корнем, и вдруг корень превратился в серого многоногого паучка и начал бегать по моей руке. Я пытался его схватить, но паучок был очень быстрым и энергичным. Он бегал по руке и ладони, оказывался где-то между пальцев и вдруг исчез. Наверное, выпал. Если Бог пошлет весточку о своем существовании, я обязательно попрошу у него наказать мужика в оранжевых лосинах. «Боже, вонзи ему свой трезубец в зад!»

 Но то, что существует Бог, я нисколько не сомневаюсь. Я чувствую Его присутствие и даже слышу Его голос.

 

Он

 В детстве мне снилось, будто вместо нашего двора, вместо виднеющихся вдали вышек городского трубопровода плескались волны синего моря. Мама стояла, отворотив занавес, у окна. Из глубины воды выскочил светящийся шар, а потом снова погрузился в воду, затем выскочил и, издавая раскатистый детский смех, снова исчез под водой. Мы с мамой взлетели над морем и начали танцевать на поверхности воды и не тонули. Как два Христа. «Это Он, это Он!» – плакала мама в восторге. Сон этот так понравился, что я хотел увидеть его еще раз, но больше он мне не снился.

 

Больница

 Сначала мне вызвали скорую. В момент приступа рядом оказалась подруга. Я бы добавил «к счастью», если бы действительно так считал. В смысле, если бы я считал нахождение моей подруги рядом со мной в момент приступа каким-то счастливым стечением обстоятельств, позволившим ей вызвать скорую, ибо сам я не был в состоянии этого сделать. Она потирала мои ладони:

– Ты, наверное, умрешь. У тебя такие холодные руки! Хм. Так странно, на моих глазах умирает человек, а мне хоть бы хны…

Далее все, как в прошлый раз. А в прошлый, как в позапрошлый.

– Ваш возраст? Семейное положение? Хронические заболевания? Частота приступов? Успокойтесь. Сейчас мы вам сделаем укол. Успокойтесь. Девочки, помогайте, дергается же. У меня в руках ампула. Молодой человек, у меня шприц! Молодой…

В карете скорой помощи, после того как доза неизвестного препарата начала свое воздействие на мой организм, я обнимал медсестру и слезно просил подругу подарить ей яблоко. Я кричал: «Дай ей яблоко! Дай ей яблоко!» И поскольку яблок в карете скорой помощи не было, подруга сделала вид, что протягивает воображаемое яблоко медсестре: «Вот, я даю яблоко медсестре» – а медсестра сделала вид, что принимает яблоко. И эйфория моя перешла в глубокий наркотический сон.

 

Сон

 И вот я лечу в пропасть. Так начинается любой наркотический сон. Ты летишь в пропасть, но тебе настолько хорошо, что, удобно расположившись в полете, изучаешь все ее «достопримечательности». Попадаю в комнату. Нет, офис. За столом сидит мужичок. И так я его люблю! И так люблю эту комнату! И такое дивное у него кресло! И такой дивный у него стол! Он крутится на кресле с закрытыми глазами. «Боже, как я вас люблю, как всех я вас люблю – и тебя, мужик, и тебя, кресло, и, о Боже, какие приятные у меня руки! Какой я счастливый и какой несчастный и как я прекрасен в своем несчастье, как трогателен и умилителен. Я хочу плакать, я хочу радоваться, я хочу умереть и ожить. Я могу умереть и ожить!»

 – Кто? – увидев меня, странный мужичок с лысиной включил коммутатор: «Лена, быстро сюда!»

 – Вы не переживайте, я с миром, мне так хорошо и добро в мыслях моих, и все хорошо! Я стою перед вами, – обнимите меня, – говорил я невпопад слова, раскинув перед собой руки.

– Стоять! – Мужичок вытянул руку, и меня прибило к стене так, что посыпалась штукатурка.

Во сне не нужно слов и объяснений. А в наркотическом сне ты видишь пространственно- временной континуум так же явственно, как видишь, например, свой член. Если, к примеру, у тебя нет живота, и если твой член больше десяти сантиметров. Мой член больше десяти сантиметров, и я его вижу. Но вижу я его не потому, что он больше десяти сантиметров, а потому, что у меня нет живота. И с такой же четкостью я видел каждый уголок неровного и искажающегося четырехмерного пространства-времени, проходящего рябью, прерывающегося, материального, не материального. Да, я мог потрогать материю, из которой сделано пространство, отщипнуть кусочек времени. Люди! Глупые люди создают какие-то коллайдеры, а мне достаточно пары кубов неизвестного препарата, который мне ввели только что… И я понял. Передо мной Он. И Он понял, что я понял, что передо мной Он. Но я все еще был прибит к стене силой его телепатического воздействия.

 – Надя ушла от меня к мужику в оранжевых лосинах…

 Слова мои, как в замедленном кадре, разделяясь на буквы, а буквы, превращаясь в непонятные символы  шли по все тому же искривленному пространству и постепенно доходили до нужных ушей.

– Так пристрели эту шлюху! – Он, опустил руку и освободил меня. По его взгляду было заметно, что задача, которую я не могу решить, для него является такой же простой, как для меня плюнуть в бокал с шампанским мужику в оранжевых лосинах. Я сидел на полу, чувствовал его мягкую подвижную текстуру. Подо мной был вибрирующий пол из мохера. Нет, это был не мохер. Это была норка. Пол был из живой норки. Или это был кот? Пол урчал. Я гладил его, а он отвечал мне урчанием и приятным вибрированием. Да, пол был кот. В кабинет вошла девушка. Поздоровалась. Я ей ответил кивком.

– Как убить? Грех, вы же сами говорили, что убить человека – это грех, – обратился я снова к нему.

– Я? Я говорил такое? Лена, кто это? Почему он врет? С какой он области вообще? Не помню таких существ, – он раскрыл книгу в кожаной обложке, – ничего не понимаю, он снова поднял глаза, изучая мое лицо, тело, ноги, – вот эти вот, что ли? Подойди-ка, Лен, – указывал коротким указательным пальцем на какую-то картинку.

Лена отрицательно покачала головой:

– Не, этот называется «люди». Живут, не помню в какой складке какого существа, но это существо, в свою очередь, живет в морщинке этого, эм-м-м, забыла… В общем, никакого стратегического значения не имеет. Ни он, ни его область.

 – Так, так, та-а-ак. Как попал сюда?

 – Я? Как бы не так. Опять ваш эфирный портал, – всплеснула руками девушка, – говорила я вам, не доведут до добра ваши увлечения!

– О, эфир! Леночка! Принеси эфира, я жутко по нему истосковался!

Казалось, странный мужичок уже не видит меня. Когда Лена вернулась, в руках нее был красивый высокий фужер из хрусталя. Оттуда струилась белая субстанция, похожая на жидкий азот.

– Нате, я уже не могу видеть этот эфир.

 – Ничего ты, дурочка, не понимаешь…

Он победно поднес фужер ко рту, газообразное вещество потекло ему в организм.

– Проводи этого неугомонного, – сказал он, опустошая фужер – и… и да, приставь к нему Посредника. Он теперь – рупор Божий. Только я хотел спросить, где у них туалет, но он меня опередил:

 – Да, Божий! Да, рупор! Не пойму, почему они все так удивляются? – говорил он в сторону, будто кроме меня с Леной в его офисе еще кто- то находился. Ну Божий, ну рупор. И чего? Все вы у меня – рупоры Божьи. А в единой своей массе – мой голос. Прощай, рогоносец.

Я проснулся. Надо мной сидели подруга и ее муж.

 – Что у тебя с сердцем? – спросил ее муж.

 – Господи, какое сердце? Я же тебе говорила, что с ним. И ты видел, в какое отделение мы вошли?

 – А, да, – виновато улыбнулся он

Я виновато улыбнулся ему в ответ.

Потом я ходил по коридору того самого отделения. Вот она, подлая натура моего страха. Высасывающая из меня энергию, погрузившая меня в мир черноты и безысходности. Препарат заканчивает свое действие. Страх подкрадывается. Загораясь смертельной тревогой в разных участках мозга, передает импульс в холодеющие руки, немеющие губы. Иду по коридору своего отделения. Делаю присед, чтобы отвлечься; выпад, чтобы отвлечься; отжимаюсь от пола, чтобы отвлечься. Раз, два, три, четыре, раз два, три четыре. Затем, чтобы отвлечься, поливаю себя водой из пятилитровой бутылки, которая стоит рядом с регистратурой. Мне снова делают укол.

 

 

Мама

Проснувшись, вижу маму.

– Ты же на море была?

– И заставил ты меня понервничать! Я ночью выехала на маршрутке. Что с тобой? Мама плачет.

Вступает сестра:

– Врач сказал, что все из-за твоей работы. Ты получил сильную нагрузку.

В голове орёт Маяковский:

«Мама, ваш сын прекрасно болен!

Мама! У него пожар сердца!

Скажите сестрам – Люде и Оле,

Ему уже некуда деться».

 

Анастасия

 Мы сидели на веранде итальянского ресторана и ожидали свой бизнес-ланч.

– Даже сейчас мне кажется, что говорю не я, а кто-то вкладывает в мою голову эти слова. «Как будто я марионетка в руках неведомой вселенской силы», – говорила Анастасия.

Мы говорили о Посреднике.

– Угум, – подтвердил я, – у меня также. Посредник сказал, что я должен повести людей за собой.

– И голос не мой, и мысли не мои, – продолжала Анастасия, – мы должны с тобой поселиться на кладбище, обязательно. Ты ведь сам говорил, что мысли там струятся, как небесный свет.

– Нет, творить на кладбище только днем хорошо, ночью там холодно. Там же горы, а другие кладбища мне не нравятся.

Официантка стояла над нами, застыв  в недоумении с подносом в руках.

– Вы есть будете?

 – Подавайте.

 

Лиана

 В тот день мы шли по бульварному кольцу, и Лиана обратила внимание, что все, кто идет навстречу, несут в руках бумажные стаканчики с кофе. Оглянувшись назад, заметили такую же картину. Кругом были люди с кофе. Они шли с затуманенным взглядом, как зомби из одноименного сериала. Мне казалось, стоит нам выделиться из общей массы и люди с кофе начнут нападать на нас, отрывая куски плоти – медленно и мучительно заставляя истекать кровью. – Бежим. – шепнула Лиана, будто у нее в голове пронеслась та же мысль.

Взявшись за руки, мы побежали по чистопрудному бульвару, выбивая по дороге кофейные стаканчики, сжимаемые в мертвых пальцах. В воздухе пахло  кофе и молоком.

Страница 5 из 8« Первая...34567...Последняя »