ЛИДА МАТЬЕ

Алла Лескова, писатель и психолог, колумнист millionaire.ru  о моментах истины

Как вдовы некоторые не снимают черное потом, так Лида не снимала бежевое, в одном и том же ходила каждый день на работу. Она была похожа на Мирей Матье, прическа точно такая и лицо тоже похоже. Только бежевая тень ее. Бледная.

У Лиды как будто не было голоса и слов, только "хорошо" и "спасибо". "Да" и "нет". И "конечно". Она входила с пачкой корректуры, что-то уточняла у нас, редакторов, говорила спасибо и выходила, а мы смотрели вслед на ее красивые ноги с крепкими икрами и тонкими щиколотками. И пожимали плечами. Почему одна? Красавица же. Красавица.

Лида Матье никогда не улыбалась, была строгая, но все же иногда улыбалась, не губами, а глазами, быстро. Засмеются глаза и тут же спохватываются. Как будто кто-то изнутри следил, чтобы ни грамма улыбки. Иногда этот кто-то уставал следить – и тогда она быстро улыбалась. Потом вспоминала, что ее бросил любимый муж, и снова становилась строга и неярко красива.

Платье! Это одно и то же платье не давало нам покоя. Она хотя бы его стирает? – сплетничали мы. Ну, ушел любимый муж, что уж такой бежевый траур не снимать, красивая же. Лида растила одна сына, может быть, все на него тратила, потому что иногда он после школы приходил к ней на работу и ждал шести часов, пухленький такой, хорошо кормленный. Но одно, хотя бы еще одно платье за четыре года можно было купить?

лида матье горизонт

Читать далее

ЗОНА НАСЛАЖДЕНИЯ

Алла Лескова, писатель и психолог, колумнист millionaire.ru, побывала в Пенсионном фонде

Начальники страны уверены – пенсия наша в долларах.

Ну, не в рублях же!

Как можно прожить на восемь, девять или даже девять  тысяч пятьсот рублей?

Конечно, в долларах, уверены главные по стране, поэтому спят со спокойной совестью, иногда кошмары мучают, но это совсем с другими цифрами связано.

Кто бы их проинформировал, что не в долларах? И не в евро! А в рублях.  Кто вхож туда? – Сообщите.

 Не поверят, правда. Засмеются, оценят шутку…. ТАМ неглупых много, оценят, да.

Но даже с такой пенсией в рублях можно жить и наслаждаться.

Просто места знать надо! 
Пенсионный фонд – одно из них.
Там электронная очередь электронным интимным голосом сообщает номер окна, куда надо радостно и вожделенно бежать, но в окошках работают совсем не электронные женщины, они живые, поэтому то есть хотят, то пить, то в туалет, то куда-то просто пошли и не вернулись, то вернулись, но окошко не открывают, может, зубочисткой после перекуса орудуют… Или вздремнули.
А народ между тем комментирует.
Например, один парень-инвалид все время произносит – нет…. что-то мне все это совсем не нравится… совсем…
На каждое движение каждого сотрудника он только это произносит.
Поэтому одна дама не выдержала и сказала парню – не нравится? А зачем за Единую Россию голосовал?
Что-то мне…совсем не нравится то, что вы сейчас сказали… – ответил парнишка. – Совсем… Не говорите так больше… никогда!

пенсионный фонд горизонтальная

Читать далее

ЦВЕТОЧНЫЙ БРЕД
Русский поэт и эссеист, колумнист millionaire.ru Дмитрий Воденников о вселенной внутри нас.
 
Вселенная, как известно, возникла из ничего.  Взрыв был Большой (даже сериал потом сняли), но без звука. Потому что звук не распространяется в вакууме.
Этого мне своим скудным умом не понять. Что-то  неясное и без звука сперва предстало кварк-глюонной плазмой, что-то потом сделалось там  с температурой, что-то потом объединилось в протоны и нейтроны, что-то продолжило расширяться.  Чушь какая-то!
А вот про смысл жизни мне понятно. Я его ищу. И не я один.
Лоуренс Краусс, американский физик, специалист в области астрофизики и космологии, сказал однажды: "Мы всегда будем думать о смысле жизни. Я же говорю о том, что нет никаких доказательств космического замысла. Если взглянуть на Вселенную, то отсутствие этого замысла становится очевидным: в ней все происходит довольно случайным образом. Так что если нет доказательств замысла, то зачем его выдумывать? Мы просто космические наблюдатели, созданные из материи, которая не имеет особого значения для остальной Вселенной. Одно из косвенных доказательств отсутствия замысла — это то, что Вселенная крайне враждебна по отношению к нам, она хочет убить нас каждую секунду. Жизнь зародилась только благодаря случаю, Вселенная в целом здесь не при делах. Все, что мы наблюдаем во Вселенной, не было создано для нас.
 
Для начала специально для нас не был создан угол кровати.  И вот лично меня он всегда и хочет убить. Просто мания у него какая-то! Я всегда, обходя его, бьюсь об него голенью. Это адская боль. Ты смеешься в этот момент. Но мне лично не до смеха.
Хожу как русалочка. Весь день хромаю.
 
Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга
Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга

Читать далее

ПРОСТЫЕ ДУШИ

Алла Лескова, писатель и психолог, колумнист millionaire.ru, о царстве простодушия, которое исчезает на глазах.

Когда меня начинает подташнивать от всяких дискурсов, сабжей, герменевтик, котов и собак шредингера и других кодов, без которых тебя вдруг не примут за «своего», я ухожу на страницу "Самарканд и самаркандцы".
Там такая планета, куда часто хочется улететь.  Хотя бы виртуально.

Там, во-первых, родные названия – Регистанская, Багишамал, Сиабский рынок…
Там  сразу всплывают все запахи, особенно запах, когда спускаешься к дому и идешь мимо пивного завода. Запах помню еще и потому, что если уже пахнет пивзаводом, то скоро дом и прохлада. И мама навстречу идет, я домой, она на работу, всегда красивая. Возьмешь в сковородке, еще теплое, говорит она. И виноград помыть не забудь.
На странице той, самаркандской, переписываются бывшие, очень скучающие по городу земляки,  одни продвинутые уже, с дискурсами и пелевиными,  в других заморских странах живут, а другие – совсем простые души, которые никуда не уезжали. Где родились, там и пригодились.
Простые души, смешные, и прелесть что такое их переписки  между собой…
Или юмор их. Например, фото узбекских калош и подпись – наши лабутены. Самоирония чуть застенчивая, чуть ( все же) принижающая себя…
Или вопросы некоторые. Просто слезы выступают. То ли от встречи с такой незамутненностью в хорошем смысле, то ли от боли за эту девушку, которая спрашивает открыто – друзья, меня вчера предали, скажите, а вас когда-нибудь предавали?
Не риторически спрашивает, а прямой вопрос – неужели еще кого-то предавали, кроме меня? Не верит. Думает, что это что-то такое редкое и страшное, что неужели еще кто-то пережил?
Вот такие мои земляки до сих пор.
Или поместят картинку смешную и хохочут вовсю в комментариях, причем, по-русски. А на картинке узбекские слова.
И ты чувствуешь себя какой-то перекати поле. Которая и свой еврейский не знает, и свой узбекский, только слов десять, и свой русский все хуже… Только эстонский влип в мозг, это потому что они тогда как бы не понимали русский, и я им за это благодарна, что держались до последнего, и мне пришлось заговорить и даже думать не на нем… До сих пор.
А как независимость получили – все русский вспомнили и стали добры и веселы и на красный свет стали ходить и бумажки мимо урн кидать. Совсем обрусели.

простота горизонтальное

Читать далее

ИСКУССТВО СИГНАЛА

Русский поэт и эссеист, колумнист millionaire.ru  Дмитрий  Воденников  о пении сирен и тела.


Не так давно  встречался со своим знакомым. Шли по питерским улицам, площадям, набережной –  любовались золотом с синевой.

– Вы знаете, Дмитрий Борисович, – сказал он, – что самое главное и важное в мужчине? Для женщины.

– Деньги? – спросил я. – Длина фаллоса?

– Нет, – ответил он.

«Самое главное  – это одна нота в мужчине. Несмотря на весь хаос. Искусство ровного сигнала».

Мне это понравилось. Не существующий в водах Невы синий кит издал долгий звук, призывающий свою самку на брачные игры аж  через 800 километров. Сигнал был мощный и ровный.

Но бывают сигналы и неверные.

В романе Льва Толстого «Анна Каренина» была одна глава, впоследствии им из окончательного текста выброшенная.  Там описывается, как в один из отъездов Вронского скучающая и злящаяся на своего любовника Каренина просит гвардейского офицера, про которого  она сама знает, что он был влюблен в нее, проводить себя по каким-то ее дамским делам. То ли выставка цветов, то ли шляпный магазин. И там – в полумраке кареты – она начинает вести себя так вызывающе, что когда они уже наконец прибывают на место и он открывает перед ней дверцы, в этом его мужском дежурном жесте сквозит куда больше презрения, чем  учтивости.

Не считала сигнал Анна Аркадьевна. Бывает. Или сигнал оказался неровным.

Или вот Берберова, например. Пишет в своей легендарной книге «Курсив мой». Про мечту о женской невинности. Сперва она пишет загадочную фразу:  «…Понятие женской невинности жило в мире около ста лет» (мне-то казалось, что гораздо дольше), но потом выходит на тему, нас интересующую. «Сейчас современным людям трудно понять "красоту", "справедливость" и "пользу" такой мечты. Теперь мы знаем, что всякая затянувшаяся невинность не только противоестественна, но и вызывает чувство брезгливости, как тот кретин, который в шестнадцать лет остался на уровне развития двухлетнего ребенка. Мне мучительно неловко читать про революционерку Марию Павловну, тридцатилетнюю, пышащую здоровьем девицу, в "Воскресении" Толстого. Я с отвращением смотрю на слюдяные глаза девственников, на слишком белые руки монахинь, мне неприятно думать о щитовидной железе старых дев и внутренней секреции аскетов».

Но потом и сама себя ведет, как невинная овечка.

«Ранний ноябрьский вечер черен за окном. Мы сидим с трех часов при лампе в номере пражского отеля Беранек: Цветаева, Эфрон, Ходасевич и я».

Отель неслучайно по воле судьбы называется «Баранек». Это по-чешски значит «барашек». Опять тема невинности.  «Барашки нарисованы по стенам, на дверях, метками вышиты на наволочках, барашки украшают меню в ресторане, барашек улыбается нам со счета отеля. Ходасевич говорит, что мы живем в стаде розовых и голубых барашков. Иные – с лентами, другие – с золочеными рожками, еще другие – с бубенчиками на шее. Барашек стоит у входа в гостиницу и даже крутит головкой и говорит мэ-э-э».

Сказал свое «мэээ» барашек и тут. Знакомые поэты сидят так долгие часы, пьют чай, едят ветчину и сыр, болтают.

«…Все, что говорит Цветаева, мне интересно, в ней для меня сквозит смесь мудрости и каприза, я пью ее речь, но в ней, в этой речи, почти всегда есть чуждый мне, режущий меня больной надлом, восхитительный, любопытный, умный, но какой-то нервный, неуравновешенный, чем-то опасный для наших дальнейших отношений, будто сейчас нам еще весело летать по волнам и порогам, но в следующую минуту мы обе можем столкнуться и ушибиться, и я это чувствую, а она, видимо, нет. (….)  Внезапно в комнате гаснет свет – это она выдернула вилку из штепселя, в темноте на диване она нападает на меня, щекочет, обнимает. Я вскакиваю, не сдержав крика. Свет зажигается. Эти игры мне совсем, совсем не по душе».

Не считала Цветаева ровного сигнала. Не овладела этим искусством.

Вы вынули папиросу,

И я поднесла Вам спичку,

Не зная, что делать, если

Вы взглянете мне в лицо.

 

Я помню – над синей вазой –

Как звякнули наши рюмки.

«О, будьте моим Орестом!»,

И я Вам дала цветок.

 

С зарницею сероглазой

Из замшевой чёрной сумки

Вы вынули длинным жестом

И выронили – платок.

Это из ее цикла «Подруга». Написан он еще в 1914- 1915 гг., когда их с поэтессой Софьей Парнок связывала пылкая дружба-любовь. Тут же любви не получилось. 

Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга

Читать далее

ФРЕКЕН – БОГ.

Русский поэт и эссеист, колумнист millionaire.ru  Дмитрий Воденников о мистических совпадениях в литературе.

Фрекен Бок говорит по телефону. Ложится в одежде в ванну (без воды), берет гибкий шланг душа, говорит в рассекатель воды.

– Ты не представляешь, Фрида, что со мной произошло! Меня только что катало кресло, а пылесос жрал плюшки. Фрида, Фрида? Ты слышишь меня?

В детстве это казалось смешным. Сейчас не очень.

Есть такое стихотворение у современного поэта. Сергея Круглова. Оно так и называется. «Фрекен Бок говорит по телефону».  Вот оно.

 Ты не представляешь, Фрида,
я поняла, как важно
правильно вступить в пост!
Вторая седмица – и такие результаты!
Я уже перестала пить коньяк по утрам!
Алло! Алло! Фрида!
Спасибо тебе, что ты меня уговорила!
Прости, что я, дура, упиралась!
Алло! Фрида!
Ты где? Ты слышишь?

 Хильдур, милая, я тебя плохо слышу.
У тебя что-то льется и булькает в трубке.
Я перезвоню.

Фрида любит сестру, но
так трудно по часу выслушивать восторги неофита.
Сама Фрида продвинулась достаточно далеко
в посте и молитве. Фрида
перезвонит. Потом.
Позже

Сейчас… Унять сердце.
Слюна не сглатывается.

Зажмурив глаза, Фрида
нашаривает на туалетном столике носовой платок,
сползает на пол и сипло шепчет:
"Фрида. Фрида. Фрида.
Меня зовут Фрида".

Если бы героиня этого гениального  современного стихотворения хоть что-то помнила о России и Украине, революции и Гражданской войне у нас, она бы, возможно, что-то знала бы и про Симона Петлюру, убитого одним евреем в Париже. Но Фрекен Бок –  как не известный ей еще (ко всем прочим неизвестностям) компьютер. Все файлы в ней стерты, найти их нельзя. Сидит себе в ванне, как бессмысленное компьютерное «железо», булькает водой из включенного душа. Что ей Петлюра, что ей булгаковская Фрида?

Пока не будем вспоминать о Петлюре и мы.  А поговорим о телефонах.

Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга.

Читать далее

ПОПЕРЕЧНАЯ

История о Галке Уткиной, которая «срезала» самого Солженицына. Рассказ  писателя и психолога, колумниста millionaire.ru Аллы Лесковой. 

Что-то вспомнишь, имя или балкон… 
Или тюлевые белоснежные всегда занавески на этом застекленном балконе.
И не дает это покоя, как будто ноту услышала, а хочется всю мелодию вспомнить. И вот вспомнила всю.
На этом балконе жила Галка Уткина, мы ее побаивались. Что-то в ней было отдельное от всех нас, поперечность какая-то и недоступность.
Она была единственной дочкой у своей мамы, скрипачки Ольги Наумовны. Но как будто из детского дома, а не ее дочь, такие разные они были, и внешне тоже.
Только черные кудряшки в стрижке выдавали в Галке еврейскую кровь, хотя и у отца неизвестного, был ли он вообще, могли быть такие кудри.
Ольга Наумовна играла на скрипке в областном театре оперы и балета, была такой интеллигентной и воспитанной, такой тактичной и приветливой, такой чистой и внутри и снаружи, что я бы легко поверила, что она никогда не ходит в туалет и не моется. Потому что нечего там мыть и не от чего плохого избавляться. Все там было хорошо и чисто. Внешнее равно внутреннему. И зачата Галка была скорее всего непорочно под скрипичный концерт.
Галка же выросла сорви-голова, отчаянная, пацан насмешливый, но начитанный. 
У таких ольг наумовных сначала начитываются, потом молоко сосут из груди. Не прочитаешь сто страниц в день – не дам грудь.

пацанка горизонтальное

Читать далее

ВЕРНЫЙ СЕБЕ

На днях, 11 сентября, народный артист СССР Иосиф Кобзон отмечает свое 80-летие. Время его творчества совпало с расцветом советской эпохи, что не помешало ему собирать аншлаги и в новой России. В чем секрет его сценического долголетия, чему можно научиться у современной молодежи и как все успевать, именинник рассказал в интервью Millionaire.ru. 

кобзон горизонт

Читать далее

НЕ СПРАШИВАЙ У ЯСЕНЯ

Русский поэт и эссеист, колумнист millionaire.ru Дмитрий Воденников о гениальных лизоблюдах. 

Про демона и  про ангела многие не знают. Я вот тоже не знал. Оказывается, в оригинальном тексте стихотворения, которое потом стало известной песней из «Иронии судьбы», упоминаются и они.
Я спросил у ангела,
Я спросил у демона,
Я спросил у ясеня…
В советское время с демонами и ангелами было туго, вот их из песни и  убрали. Как и в свое время самого автора. Только автора убрали физически, посадили в тюрьму, потом расстреляли. В 38-ом. А родился Владимир Михайлович Киршон  в 1902 году,  в Нальчике.
Кстати, я  несколько лет на летних каникулах жил там. Это  была тогда столица советской Кабардино-Балкарии. Там был дом моей мачехи, на лето нас с сестрой и потом с родившимся братом привозили туда. Дом был каменный, с времянкой в тенистом дворе, увитом черным и зеленым виноградом, с огородом и черешней на углу дома, с каштанами, розовыми кустами, но главное, с курятником и крольчатником. Раз в две недели  хозяин дома,  Трофим Тихонович, муж моей новой неродной бабушки, резал курицу. Для борща. Папа у меня был московским научно-техническим интеллигентом, поэтому куриц никогда не резал.
– Ты разве не мужик? – спросил его однажды подвыпивший Трофим Тихонович.
Папа понял тогда, что пробил час икс. И надо выбирать. Выбрал он, понятно, единственный вариант: быть мужиком.
Лязгнул топор, безголовая курица затрепетала и побежала, папа вышел с заднего двора бледный, с трясущимися руками, попросил стопку водки,  потом ушел во времянку, лежал там вниз лицом в подушку, полдня молчал. Честь нашей семьи была спасена.
Но вернемся к автору  стихотворения «Я спросил у ясеня».
Уроженец Нальчика Владимир Михайлович Киршон в 1930-е годы был одним из руководителей Российской ассоциации пролетарских писателей (РАПП). Писал  он предсказуемые пьесы про социалистическое строительство и неминуемое торжество коммунизма во всем мире, которые с успехом шли на больших сценах.  «Рельсы гудят», «Чудесный сплав» (о сталинских стройках), «Хлеб» (о борьбе партии за социализм на примере хлебозаготовок).  Но и про стихи не забывал. Много было в его пьесах стихов, что и хорошо, по-моему. Стихи всегда как-то, знаете ли, жизнь оживляют. 
Так, например, в середине 1930-х Владимир Михайлович сочинил комедию «День рождения», музыку к которой написал  композитор Тихон Хренников. Одна из песен начиналась со слов: «Я спросил у ясеня…» Ноты к ней, как утверждают источники, канули в темные волны забвения, но Хренников позже вспоминал, что его композиция была веселее, чем у Микаэла Таривердиева: «Там это была ироническая песня».
Ну разумеется, ироническая, там же про ангелов и демонов. Что у мифологических существ и деревьев с дождями очевидные  вещи спрашивать? Спроси лучше у партии и правительства!
Вот Киршон и спрашивал. В 1930-е годы он был настоящим любимчиком власти и протеже самого Ягоды.
Время было тревожное и одной драматургией тогда не занимались. В моде были собрания. На них Киршон и громил писателей-«попутчиков». К ним относили Михаила Зощенко, Алексея Толстого, Вениамина Каверина, Михаила Пришвина. Особо от Киршона доставалось Михаилу Булгакову. В одной из статей в газете «Вечерняя Москва» Киршон написал: «Отчетливо выявилось лицо классового врага. „Бег“, „Багровый остров“ продемонстрировали наступление буржуазного крыла драматургии».
Что ответил на это ясень, нам неизвестно, но сложная судьба Михаила Булгакова легче после этой статьи не стала.
Я спросил у ясеня: 'Где моя любимая?'
Ясень не ответил мне, качая головой.
Я спросил у тополя: 'Где моя любимая?'
Тополь забросал меня осеннею листвой.
 
 
Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга
Дмитрий Воденников. Фото: Ольга Паволга

Читать далее

АЛИК И ПУТЧ

Алла Лескова, писатель и психолог, колумнист журнала millionaire.ru – о роли любви в истории страны.

О, я прекрасно помню эти дни августа 91.
Мы отдыхали с дочкой на Иссык-Куле, и сразу там все пошло не так.
А потом и вовсе не так,  но уже во всей стране.
А сначала только там.

Оказалось, что наши недешевые долгожданные путевки можно выкинуть,  на наши места заселили тех, кто дал больше денег, просто дал больше намного денег, путевок у них вообще не было. Зачем путевки, когда есть больше денег.

Взывать было бесполезно, не к кому, нас не слышали.

Толпы плачущих отдыхающих с детьми и потными мятыми путевками в руках ходили вокруг одной работницы Дома отдыха, которую начальство отдало  нам на заклание.

лескова путч горизонтальное

Читать далее