ЗОНА НАСЛАЖДЕНИЯ

Алла Лескова, писатель и психолог, колумнист millionaire.ru, побывала в Пенсионном фонде

Начальники страны уверены – пенсия наша в долларах.

Ну, не в рублях же!

Как можно прожить на восемь, девять или даже девять  тысяч пятьсот рублей?

Конечно, в долларах, уверены главные по стране, поэтому спят со спокойной совестью, иногда кошмары мучают, но это совсем с другими цифрами связано.

Кто бы их проинформировал, что не в долларах? И не в евро! А в рублях.  Кто вхож туда? – Сообщите.

 Не поверят, правда. Засмеются, оценят шутку…. ТАМ неглупых много, оценят, да.

Но даже с такой пенсией в рублях можно жить и наслаждаться.

Просто места знать надо! 
Пенсионный фонд – одно из них.
Там электронная очередь электронным интимным голосом сообщает номер окна, куда надо радостно и вожделенно бежать, но в окошках работают совсем не электронные женщины, они живые, поэтому то есть хотят, то пить, то в туалет, то куда-то просто пошли и не вернулись, то вернулись, но окошко не открывают, может, зубочисткой после перекуса орудуют… Или вздремнули.
А народ между тем комментирует.
Например, один парень-инвалид все время произносит – нет…. что-то мне все это совсем не нравится… совсем…
На каждое движение каждого сотрудника он только это произносит.
Поэтому одна дама не выдержала и сказала парню – не нравится? А зачем за Единую Россию голосовал?
Что-то мне…совсем не нравится то, что вы сейчас сказали… – ответил парнишка. – Совсем… Не говорите так больше… никогда!

пенсионный фонд горизонтальная


И тут встает со стула мужчина с очень странно вылепленным лицом, как будто скульптор внезапно убежал из мастерской и до сих пор не вернулся.

Встал во весь рост этот недолепленный мужчина и громко стал речь говорить.
Рука ходила при этом очень активно, приходилось некоторым даже пригибаться, чтобы макушку не снесло.
На выборы наш город не пришел. Помните? Проспал! Просрали выборы! А теперь ешьте! Жрите!
Парнишка-инвалид говорит – простите, конечно, но я не проспал… Я просто никому не верю…. Давно…
А я верю! – воскликнула дама с колье шарлотты на пергаментной шее. – Я верю в нашего президента, а в его зама не верю. Несерьезный он, мужа моего седьмого напоминает… Видеть его не могу… Ха-ха-ха… Вылитый мой Генка…
Тут супруга восставшего мужчины тоже встала плечом к плечу,с такими яростными лицами стоят, как будто запоют сейчас вставай проклятьем заклейменный…
И пока они так выясняли, почему и кто не пошел на выборы и пусть теперь тогда не вякают, одна бабуля в кожаном длинном пальто просочилась без очереди и плотно засела там, очень долго не выходила.
Парень-инвалид заволновался и говорит – что-то не нравится мне…все… это… Не плохо ли ей там стало… Что-то долго она не возвращается….
А дама с колье шарлотты захохотала басом и отвечает – юноша, ей там очень даже хорошо, а не плохо. Когда плохо – так долго не сидят… А плохо, наверное, сотруднице… Ха-ха-ха-ха! А ей-то хорошо!
И тут я за сотрудницу вступилась и говорю – работка-то у них… с людьми… да еще с какими… один вампир придет – и потом не только есть-пить-спать, но и вообще уволиться охота.
А жена недолепленного мужа меня успокоила. 
Знаете как?
Она повернулась ко мне и говорит – вы за них не переживайте. Они как приходят на такую работу, сразу руки скрещивают. От вампиров защиту ставят.
Уф… Ну тогда ладно… А как они печатают, если руки скрещены?
И тут юноша-инвалид снова заныл – что-то мне…все это… очень не нравится… руки… скрещенные… вампиры… что-то я домой хочу…
И ушел.
А мы все остались, потому что где еще столько наслаждения получишь, а потом еще и справку искомую о пенсии в рублях, а они думают, что в долларах.