ПОДКОШЕННАЯ ВОЗЛЮБЛЕННАЯ

Алла Лескова, писатель и психолог, колумнист millionaire.ru  о логике обвинений.

Алла Лескова, писатель и психолог, колумнист журнала millionaire.ru

Однажды я написала  в фейсбуке про вишню.
Вишня росла у меня под окном и летом я любовалась ею, ее маленькими северными вишенками, и все удивлялась, что в Петербурге растет вишня, да еще под моим окном. Как живая штора.
Как-то я вытирала подоконник, и буквально в этот момент вишня рухнула как подкошенная.
Рядом никого не было, вообще никого, просто пришло время.
Была вишня и нету.
Больше не будет у меня живой шторы, которая давала красоту и тень в комнате одновременно, особенно в жаркие дни, бывают и такие в Петербурге.
И вот я рассказала людям эту историю, поделилась, что называется. Грустно мне было. И всякие мысли о бренности одолевали.
Вдруг мне приходит сообщение от одного френда.
Он пишет, что решил меня заблокировать, прочитав про смерть вишни, так как против меня лично он ничего не имеет, но у него есть возлюбенная по фамилии Вишня, и если она увидит через него этот рассказ, то будут у него неприятности.
То есть, возлюбленная Вишня подумает, что он мне все рассказал про свою возлюбленность, а я решила вот так аллегорически об этом написать, да еще в финале вишня падает… То есть, возлюбленная Вишня может решить, что у нас с этим френдом роман за ее вишневой спиной, а я так изгаляюсь над их романом и мечтаю о ее подкошенном падении…
Я девять раз перечитала сообщение и три дня проходила с открытым ртом и дергающимся глазом.  Дети даже спрашивали меня – мама, тебе в рот не дует?
Вот такая логика бывает, оказывается. Думаю, нигде не описанная, разве что в учебниках по психиатрии. И то вряд ли.
В общем, френд меня заблокировал, хотя на вид был нормальный.
А вчера ночью, три года спустя, вдруг разблокировал и написал, что, наверное, был несправедлив ко мне и только сейчас это понял.
Наверное! И только сейчас! Через три года.
Я ему ничего не ответила.
Я подумала о том, что логику подобных обвинений, как про вишню и Вишню, я встречаю все чаще. Даже у самых близких, родных людей…

И снова, упорно заглатываю наживку, ведь к такой логике обвинений невозможно подготовиться.

И все чаще начинаю задыхаться. Как та рыба, которую выбросили на берег с порванной губой.