Дмитрий Воденников о перевертышах нашего времени, лжи и необходимости сохранять спокойствие.

Вычитал у семейного психолога  Виты Малыгиной отличную  мысль:

«Трикстер — герой нашего времени. Его энергия возникает в момент, когда никакие простые, прямые, «обычные» способы преодолеть что-то совсем перестают работать. Когда верх перепутан с низом, правое — с левым. Когда разницы нет между правдой и ложью. Особенно если и ту, и другую раздеть».

Быть трикстером  — хорошо. Это Чеширский кот у Кэрролла.  Это Остап Бендер у Ильфа и Петрова.  Трикстер – это  обманщик, иллюзионист,  оборотень, игрок, пересмешник, для которого не существует рамок, обычных представлений о жизни и смерти, ибо самое главное тут – ИГРА.

 Борхес в «Книге вымышленных существ» писал:  «В английском языке есть выражение «grin like a Cheshire cat» (сардонически  усмехаться, как чеширский кот). Предлагаются разные объяснения этому. Одно состоит в том, что в Чешире продавали сыры, похожие на голову улыбающегося кота. Второе — что над высоким званием небольшого графства Чешир «смеялись даже коты». Ещё одно — что во времена царствования Ричарда III в Чешире жил лесничий Катерлинг, который, когда ловил браконьеров, злобно ухмылялся.  В повести «Алиса в стране Чудес», опубликованной в 1865 году, Льюис Кэрролл наделяет Чеширского кота способностью постепенно исчезать, пока от него не остается только одна улыбка — без рта и без зубов».

Борхес сам трикстер. Никогда не знаешь, что правда, а что он сам выдумал. Лично я ему не верю. Я верю только Википедии. Открываем ее. И вдруг бах. («Сказка — ложь, да в ней намёк./ Вот мой Яндекс-кошелёк». Как пошутил один мой знакомый.)

…Никогда этого не знал (вообще равнодушен к кэролловской «Алисе»), но оказывается, в первоначальном варианте книги  Чеширский Кот отсутствовал. Появился он только в 1865 году, причем из  пословицы (в сущности, опять же «из ничего»: это все равно как если бы из нашей пословицы родился человек «Семь-раз-отмерь» и побежал,  размахивая сантиметром и ножницами по страницам книги; он, к слову сказать, и побежал). Пословица звучала так:  «Улыбается, как чеширский кот». Якобы есть два объяснения этой пословицы.

Дескать, жил когда-то в  графстве, где родился Кэрролл, один маляр, который рисовал не, как Пиросмани, почтальонов и чайники,  а рисовал улыбающихся котов над дверьми таверн.   Жестокую шутку бог всех трикстеров Локи сыграл и над маляром. Потому что это были никакие ни коты, а оскалившиеся львы и леопарды. Да вот беда: в Чешире мало кто видел львов, а маляр был плохой, вот все и увидели то, что увидели.

Второе же объяснение (гастрономическое) мне кажется таким же исчезающе правдоподобным, как сама улыбка этого персонажа. «Некогда вид улыбающихся котов придавали знаменитым чеширским сырам,  история которых насчитывает уже более девяти веков». В общем, нет веры и Википедии.  Сами подумайте. Где сыр, а где котики.

— Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?
— А куда ты хочешь попасть? — ответил Кот.
— Мне все равно… — сказала Алиса.
— Тогда все равно, куда и идти, — заметил Кот.
-… только бы попасть куда-нибудь, — пояснила Алиса.
— Куда-нибудь ты обязательно попадешь, — сказал Кот. — Нужно только достаточно долго идти.
С этим нельзя было не согласиться. Алиса решила переменить тему.

… Вот и я переменю. Остап Бендер – это тоже трикстер. Как уже было сказано. Не будь его, ничего бы не завертелось. Ну проблуждал бы Воробьянинов немного по России и стух.

Остапа Бендера убивают в конце первой книги (на самом деле нет) и нам по-настоящему жалко только его. Потому что он, как просветленный, живет  только «здесь и сейчас». И вот сейчас он больше не существует. (Он еще выскользнет из небытия, как и положено неумирающему Локи.) Но до этого момента, до этой его очередной «смерти» (стать управдомом – это тоже смерть, но она еще впереди) он играет. Играет,  не выигрывая, не побеждая. Ибо не это задача трисктера.

Помните, у Пастернака? (Я сейчас договорюсь до крамолы.)

Другие по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь,
Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать.

Вот. Это и есть завет трикстера. Пастернак сам трикстер.

Когда-то я слышал смешную пародию на эти стихи. В которой всё перевернули с точностью до «наоборот» или поставили под сомнение. Слышал я эту пародию в какой-то (на тот момент сверхсовременной) пьесе, найти ее потом не смог, но всё лежит на поверхности: такую же пародию я нашел у Юрия Лифшица. Вот фрагмент:

Быть знаменитым некрасиво?
Но это подымает ввысь!
Живи с архивом, без архива,
Над рукописями трясись.

(…)

Не окунайся в неизвестность —
К чему скрывать свои шаги?
Не прячься, как в тумане местность,
Когда в ней не видать ни зги.

Едва ли по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь.
Но пораженье от победы
Ты сам обязан отличать.

Текст Пастернака прямо просится на переделку. Потому что сам очень какой-то «советский», нравоучительный. Без всяких  пародий он в сознании слегка искажается, двоится, скоморошничает. (Но я грешным делом его любил. И сейчас люблю.)

 Слышите этот отзвук (отблеск, тающий силуэт, исчезнувшее ушко) Чеширского кота? «Куда-нибудь ты обязательно попадешь, — сказал Кот. — Нужно только достаточно долго идти». «Но пораженье от победы ты сам не должен отличать», — подтвердил Пастернак.

Это как с перчаткой то ли с левой руки, то ли с правой (всегда забываю), надетой на неправильную руку. Тоже просится в пародию. Потому что тут опять ночевал карточный шулер. И оставил нам привет. Еще самой Ахматовой предсказанный.

«Анна Андреевна сказала смеясь: „Вот увидите, завтра такая-то — она назвала имя одной из самых юрких поэтесс того времени — напишет в своих стихах: «Я на правую ногу надела / Калошу с левой ноги»»

Долго ждать не пришлось.

Кстати, над текстом Ахматовой «Сжала руки под темной вуалью» с последующим «не стой на ветру» трикстер тоже поработал изрядно.

Вот, например, Александр Архангельский.  И его пародия «Мужичок с ноготок».

Как забуду! В студеную пору
Вышла из лесу в сильный мороз.
Поднимался медлительно в гору
Упоительный хвороста воз.

И плавнее летающей птицы
Лошадь вел под уздцы мужичок.
Выше локтя на нем рукавицы,
Полушубок на нем с ноготок.

Задыхаясь, я крикнула: — Шутка!
Ты откуда? Ответь! Я дрожу! —
И сказал мне спокойно малютка:
— Папа рубит, а я подвожу!

… В бедной на развлечения советской действительности в парках аттракционов (скучное колесо обозрений, визжащая карусель, машинки, ездящие в коробке с размером в небольшой каток) были такие «комнаты смеха». Ты заходишь в небольшой павильон, а по периметру висят искажающие твою фигуру и твое лицо зеркала. Огромное брюхо, раздутая голова, кривые конечности. Чего в этом смешного – непонятно, но мы, дети, любили смотреть на себя изуродованных. Потом выходили на солнечный свет и шли есть мороженое: три шарика в металлической креманке на высокой ножке (если повезет) или просто в вафельном стаканчике (если родители решили, что мы только этого достойны).

«Смотри, во что ты сможешь превратиться, если будешь жить в Зазеркалье», — как бы учили нас зеркала. Хотя на самом деле ничему они нас учить не хотели. Просто сияли.

В общем, не бойтесь трикстеров.  Когда разницы нет между правдой и ложью. Особенно если и ту, и другую раздеть. Главное –  чтоб у правды и лжи был подкаченный живот  и красивые ноги.

Вэлкам.