СВЕТЛАНА ДРУЖИНИНА ДОКАЗАЛА, ЧТО НЕ ТОЛЬКО ГОЛЛИВУД ПРОИЗВОДИТ КИНОДИВ, ПОКАЗАЛА НАМ, ЧТО НА АЛЕШУ КОРСАКА, САШУ БЕЛОВА И НИКИТУ ОЛЕНЕВА НАДО РАВНЯТЬСЯ, И МОГЛА БЫ ПОДАРИТЬ НАШИМ ДЕТЯМ НОВЫХ ГЕРОЕВ, НО ОКАЗАЛАСЬ ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ.

Вы собирались снимать продолжение «Гардемаринов», но этому проекту отказали в господдержке в 2016 году. Поклонники картины собирали подписи в защиту фильма. И петиция, насколько мне известно, набрала множество голосов. Почему вам отказали в финансировании и в этом году? Вам как-то объяснили отказ?
Вообще, это очень долгая история. Еще с 2013 года, тогда мы все время думали о том, как гардемаринов с лошадей, из потных седел, все-таки спустить по их назначению на палубу и чтобы они вообще «гардемаринили», а не скакали, не сражались на шпагах. И вдруг неожиданно в книге нашего великого полководца Александра Васильевича Суворова «Наука побеждать» я наткнулась на совершенно уникальную Кинбурнскую баталию во время Русско-турецкой войны. Суворов там был трижды тяжело ранен, но сокрушил турецкий флот. Практически весь сюжетный ряд я взяла из этой битвы. Первый синопсис я подала в Фонд кино в 2013 году. Также я осмелилась и написала письмо Владимиру Владимировичу Путину. И получила ответ «Прошу проработать» на имя советника по культуре при президенте. И, казалось бы, шагай вперед победным шагом. Но с тех пор мои страдания и начались. Сначала меня отправили переоформлять заявку. Я все выполнила, и сценарий утвердили, он даже получил хорошую оценку. Но фонду не понравилось то, что в фильме действия разворачиваются на фоне войны. А снимать батальные сцены – это очень дорогостоящая история.

Но до этого Никита Михалков снял две большие картины про войну, да и «Сталинград» Федора Бондарчука вышел в это время.
Не сыпьте соль на раны. Можете даже написать, что я завопила. Но я-то вышла с предложением без батальных сцен. Я не хотела снимать войну как таковую, только фрагментарно с позиции гардемаринов, которые должны были прийти на помощь Суворову. У нас были сшиты костюмы, подписаны договоры с артистами, подготовлены две толстенные книги с раскадровками, но в 2016 году наш проект завернули. Это был нож в спину. Я была уверена, что в 2017 году к дате 230-летия победного сражения при Кинбурне мы могли бы показать, может, не целый фильм, но его презентацию в Севастополе на площади Нахимова или в Доме офицеров. Причина отказа была непонятна. В газете «Вечерняя Москва» Мединский иронично, пользуясь своим литературным даром, ответил, что я девеломпировала, да не додевеломпировала, что-то я не дожала. А исполнительный директор Фонда кино Антон Малышев ответил более пространно, прозаично: мол, да, это все было интересно, что мы все нуждаемся в этом фильме, но появилось много сценариев, а денег на всех не хватило.

Я внимательно ознакомилась со списком кинолент, на которые в прошлом году выделили бюджетные средства. Меня удивило, что о половине картин до сих пор не написано ни в одном СМИ, дата выхода некоторых неизвестна. Получается Министерству культуры более интересны проекты с сомнительным будущим, чем фильмы именитых режиссеров, которые у всех на слуху?
У нас множество поклонников, причем не только у меня, но и у Саши Домогарова и других артистов, которые собрались и написали петицию на имя Мединского и Малышева. Я даже второй раз подошла к Путину. Он был уверен, что процесс съемки фильма уже запущен, и, когда я ответила, что нет, он поручил заняться этим Кириенко. Потом мы встретились с Кириенко и опять пошли штурмовать Фонд кино. Я чувствую, что нахожусь в какой-то трясине, мне никто не сказал, что заявка отклонена, а просто отложена, чтобы модифицировать команду… А время идет.

Одним режиссерам разрешают тратить баснословные суммы на сомнительного качества фильмы, а вам даже с протекцией президента отказывают. У вас не возникало мыслей, что в процессе одобрения заявок может быть коррупционная составляющая?
Мне такого точно не предложат. Есть свои, а есть не свои. Так вот, я не своя.

Вы обращались за помощью к представителям нашего крупного бизнеса? Обычно они охотно выступают попечителями благотворительных фондов, спонсируют производство кинофильмов, социальные проекты, футбольные клубы. Неужто им не будет интересно продолжение фильма их юности, тем более что сумма на производство «Гардемаринов» не астрономическая для миллиардеров.
Я их не знаю. Когда-то давно, в несчастные 90-е, всем очень хотелось со мной познакомиться: и Березовскому, и Гусинскому, им было интересно поговорить с Дружининой. Но никто не раскрывал передо мной золотой папки. Если у ваших читателей есть возможность профинансировать мой фильм, я буду очень благодарна. Для производства всей картины необходимо 300 миллионов рублей. Но я не прошу всю сумму, пусть это будет миллион долларов или полмиллиона. И если найдется человек, готовый нам помочь финансово, я честно отчитаюсь за каждый рубль, лично буду его пиарить, его имя появится в титрах вместе со всеми.

А как насчет актеров, все готовы сниматься?
Да, мы уже утвердили артистов, благо это было не очень сложно: они все живы и мечтают сниматься. С нами в команде дважды француз Советского Союза, мой любимый Михаил Боярский. Его персонаж Брильи не оставил своей профессии, он также шпион, международный авантюрист и по-прежнему любит Анастасию Ягужинскую. Конечно же, будут гардемарины в полном составе: Алеша Корсак – Димочка Харатьян, Паша Горин – Саша Домогаров и Никита Оленев – Михаил Мамаев. И также мы, бог даст, увидим Кристину Орбакайте в роли Екатерины Второй, которая шествует по тем же самым царским интерьерам, по которым она девочкой ходила. Но теперь это уже императрица в золотом платье с голубой лентой поперек груди.

Вы хрупкая интеллигентная женщина, как вам удается держать всех в тонусе на съемочной площадке? Ведь не секрет, что с артистами, особенно с известными, работать очень сложно.
Понимаете, кино делается шайкой единомышленников. Это должна быть авантюрная боевая команда, порой агрессивная, но мы должны работать, взявшись за руки, спиной к спине, иначе все развалится. Кино дает невероятное количество испытаний, и если вы сомневаетесь в соседе, лучше его оставить на берегу. Вот, к примеру, Танечка Лютаева, которая играет Анастасию Ягужинскую, для съемки в «Гардемаринах-4» поставила мне одно условие. Она хочет, чтобы главную роль дочери Анастасии, которая в будущем фильме будет одним из ключевых персонажей, сыграла ее дочь Агния Дитковските. Я знала Агнию еще маленькой девочкой, но она повзрослела, стала известной актрисой, была замужем, родила сына. А мне в дочери Ягужинской важна молодость, наивность. Но не хочет мама с этим мириться. Я ей говорю: «Танечка, у меня же разговор простой, я очень хочу, чтобы ты снималась, я очень хочу увидеть тебя на экране, но если будут выставляться условия, несовместимые с драматургией, то Анастасия Ягужинская умрет родами. Но родит дивную девочку!» Кстати, Саша Белов тоже оказался не очень верным гардемарином, поэтому и погиб где-то на Камчатке в поисках пропавшей экспедиции. Зато на его месте появился Паша Горин.

Сейчас снимают массу отечественных исторических телевизионных сериалов, а также экранизируют произведения классиков русской литературы. Вы смотрели какие-либо из этих работ? Есть фильмы, которые вам понравились?
Мне очень понравился сериал «Софья Палеолог». Изначально над картиной работал Вячеслав Росс, мой друг, хороший режиссер. Он разработал концепцию, нашел артистов. Но его постоянно подгоняли по срокам сдачи картины, прекрасно понимая, что он этого не сделает. Росс знал, что если будет спешить, то качество фильма упадет на 50 процентов. В итоге его убрали из картины, прислали ему на замену каких-то учеников. Россу пришлось отдать свой авторский замысел, выбранных артистов, художника по костюмам, эскизы. Увы, но сейчас существует губительная наглая практика, когда появляется много телевизионных сателлитов, которые приглашают мощного режиссера, а потом под разными предлогами меняют его на своих людей.

Если на сайтах для любителей кино почитать рецензии и комментарии обывателей на наши современные исторические фильмы и сериалы, то можно заметить, что негативных отзывов гораздо больше, чем положительных. А зарубежные фильмы, наоборот, хвалят чаще, чем ругают. Почему, имея бюджет, те же технологии, как и у западных коллег, привлекая тех же западных актеров, режиссеры наших картин не смогли завоевать симпатии зрителя?
Во-первых, нашим современным кинематографистам не хватает денег. А во-вторых… тоже денег. А в-третьих? Ну ладно, бог с ним, тоже денег. Дайте денег! Потому что уже давным-давно на Западе кинематографисты не делают все самостоятельно, как у нас. Там есть множество компаний, которые специализируются только на каскадерной работе, или компьютерной графике, или на чем-то еще. И когда у картины есть деньги, ее создатели на конкурсной основе могут выбирать лучшее из лучшего.

В 1950-е, 1960-е, 1970-е, 1980-е и даже вплоть до 2000-х герои большинства кинолент были современниками этих десятилетий. Сейчас в основном в прокат выходят фильмы исторические: про царей, революцию, героев советского периода. Почему кинематографистам, за исключением единиц, тема современного человека неинтересна? Мы пустое поколение, о нас нечего сказать? Или же мы достойны только дешевых детективов, мелодрам и пошлых комедий?
Это сложный вопрос. Герои-то у нас есть, и о них, конечно, надо снимать кино. Но подобные картины считаются непрокатными, поэтому частные компании на них не выделяют деньги, им это просто невыгодно. А в советское время весь кинематограф финансировало государство: и исторические картины, и детское кино, и мультфильмы. Тогда не особо думали, сколько картина соберет в прокате. Вот в чем беда.

Сейчас модно выпускать ремейки на старые фильмы, причем не только у нас, но и за рубежом. В кино кризис идей?
Я не против ремейков, если они достойные. Мы знаем, что искусство держится на двух китах: что вы хотите снимать и как вы преподнесете это зрителю. Что мы знаем изначально о сотворении мира? Добро-зло, любовь-ненависть. Эти темы как раз и есть «что», а вот «как» – это язык. И каждый раз, чтобы эту тему донести до аудитории, нужно научиться говорить на языке современного зрителя. Это рождает дискуссию, учит анализировать, делать выводы, это и есть воспитание общественного сознания. Даже если ремейк плохой, его все равно нужно разобрать. Я сейчас на кинофестивале «Вече» организовываю ринг между фильмами 
«А зори здесь тихие… » Ростоцкого и Давлетьянова. Я не видела всей новой картины, только отрывки, но с удовольствием буду смотреть и присутствовать на разборе вместе со зрителями и критиками.

А если бы у вас спросили разрешения переснять «Гардемаринов», как бы вы к этому отнеслись?
Пожалуйста. Денежку только дайте за авторское право.

Вы сняли фильмы про пять императриц. Какой из них вы наиболее симпатизируете?
Я ко всем расположена. Когда у вас рождаются дети, вы же не говорите, я этого люблю больше, а этого меньше. Они очень разные, но все хорошо послужили России.

А сегодня женщина смогла бы эффективно управлять Россией, справляясь со всеми нынешними вызовами во внешней политике и проблемами внутри страны?
Смогла бы.

Какой период нашей истории вы считаете наиболее интересным? Если бы у вас была вторая жизнь, в какой эпохе вы бы хотели ее прожить?
Когда мне задают такие вопросы, я говорю, что родилась бы в ту эпоху, в которой я родилась. Это было очень трудное время, но я себя чувствую вольготно.

Известно, что до кинокарьеры вы занимались цирковой акробатикой и хореографией, окончили хореографическое училище Государственного академического Большого театра, но на большую сцену так и не вышли из-за травмы. Как вы думаете, если бы не тот злосчастный случай, вы бы все равно ушли в кино?
Я всегда хотела быть режиссером, не артисткой, но, если бы я закончила балетное училище, возможно, была бы только балетмейстером. Потому что балет стал для меня уникальной школой жизни. Да, музыка и танец подарили мне иное восприятие мира, но помимо этого я попала в мир Большого театра из Марьиной Рощи, где была только нищета и грязь. Я с шести утра до 12 ночи проводила в училище и была вырвана из этой убогой среды. А ведь многие мои соседи просто погибли: спились и пропали.

Анфиса из «Девчат» и Лариса из «Дело было в Пенькове» покорили миллионы сердец советских мужчин. Закрепившийся за вами образ роковой красотки мешал вашей карьере кинорежиссера или, наоборот, помогал открывать любые двери?
Я всегда приходила на все переговоры, как Наташа Ростова на первый бал. Профессию режиссуры атаковали мужчины как свою площадку, и нам, женщинам, пробиваться гораздо сложнее. Но совсем не обязательно для этого ложиться к кому-то в койку. Я никому никогда не позволяла делать на это даже намека. Да, я пользовалась своим обаянием, умением убеждать, преподносить свои работы, но только потому, что всегда знала, чего я хочу, и любила свою профессию.

Если я не ошибаюсь, в следующем году вы с мужем отметите бриллиантовую свадьбу.
Да, 60 лет. Мы очень много пережили вместе.

В чем секрет вашего крепкого и долголетнего брака?
Не знаю… Есть такой анекдот: шел по улице седовласый старик с длинной бородой. Подошел пионер и спросил у него: «Куда ты кладешь бороду, когда ложишься спать, под одеяло или на него?» Дед долго мучился, куда же ему положить бороду, когда ложился спать. В итоге у него началась бессонница, и он умер. Поэтому я на тему каких-то секретов счастья не думаю. Мы просто живем вместе. Помогает дом, семья, общая работа.

Вы с супругом познакомились во ВГИКе на волейбольной площадке, где каждый из вас был капитаном команды. Вашу пару так и прозвали «два капитана». Но в семье двух капитанов не бывает, или я ошибаюсь? Кто в вашей семье капитан?
Очень сложно, когда режиссер-постановщик и оператор-постановщик живут под одной крышей, но надо находить компромисс. Если женщина и мужчина находят взаимопонимание, то они непобедимы.

Что вам не дает упасть духом даже в самой сложной ситуации?
Я часто падаю духом. Шаг назад, два вперед, как говорится. Надо знать молитвы, и они будут помогать. Один из моих любимых святых – Федор Ушаков без молебна не вступал в бой и практически не потерял ни одного гардемарина. На иконе он держит большой белый свиток с собственным изречением: «Не отчаивайтесь! Сии грозные бури обратятся к славе Отечества!» Это мой вам хороший совет. Все, что с человеком происходит, только на благо. Просто нужно уметь это применить. Мы часто жалуемся, что все вокруг нас виноваты. Но это не так, потому что во всем, что происходит с нами, виноваты только мы. И когда однажды вы, проклиная всех, зароетесь под одеяло, попробуйте с собой честно поговорить. Не стоит унывать, всем позволено попытаться исправить свои ошибки. Мы очень мало себя знаем. В том числе и я до сих пор.

Марина Сафронова