Алла Лескова  о городе, знакомом до слез.

Сначала я приезжала часто в Ленинград.
Мы, студенты, любили рвануть в этот город из Тарту, чтобы глотнуть своего, советского воздуха первомайских парадов и ноябрьских праздников с их дурацкими, но привычными, родными криками УРРРА, товарищи!
Чтобы окунуться в родную везде речь и надписи на русском.
Ведь родное может быть и глупым, и уродливым, совсем несовершенным. Совсем.
Нам этого не хватало тогда, в Эстонии, совершенной и прекрасной по всем параметрам и эталонам.
Надышимся пару дней всем этим, поглубже затянемся на дорожку, перед тем как затушить эту вредную, но привычную сигарету, — и опять в Тарту.
До следующего «а давайте рванем!». Шесть-семь часов на автобусе, ерунда.
Потом я приезжала сюда уже из Таллина, где тяжело переживала развод родителей, сбегала от этого кошмара к Казанскому собору на скамеечку. Отдыхала душой у Невы…
А из Алма-Аты прилетала часто уже в город Петербург. Знаете зачем?
За обрывками разговоров на улицах.
Обрывки фраз проходящих людей только в этом городе были необыкновенные и мне их не хватало в Алма-Ате.
Обрывки фраз проходящих быстро людей — это бесконечно много говорит о городе и его людях..
Например, я помню, как девочка лет пяти капризно спросила у бабушки на Невском, шел сильный дождь, — бабушка, когда эти хляби закончатся?
Или одна женщина говорила мужчине рядом — у меня совсем и давно нет мотивации разговаривать с тобой…
Почти четверть века назад я с сыном в животе, первоклассницей дочкой и мужем, еще молодым и живым, улетала сюда насовсем.
Развалился Союз, многое произошло, так случилось, так было надо…
Я до сих пор не влюбилась в этот город, я никогда по нему не скучала, когда уезжала ненадолго, но он ни минуты меня не раздражал. Не лез ко мне, не дергал за рукав, не учил жить, уважал, не был назойливым.
Петербург не мешает жить, он параллельно живет с тобой, часто помогает, если ты попросишь, но никогда не мешает.
Иногда, особенно с годами, когда ты уже сформировалась и кое-что начала про себя понимать, это невмешательство, этот пакт о ненападении на твое пространство, эта чуткость гораздо важнее любви, взаимной или нет. Можно и так — это любовь и есть.
И я думаю…
А не потому ли большинству людей с возрастом комфортнее видеть другого чуть в отдалении, чуть откинув голову или отпрянув чуть?
Не потому ли дальнозоркость вдруг? И очки с плюсом… Вдруг.
Не для этого ли?
Спасибо тебе, Питер, Ленинград, Петербург за этот комфорт.
И пусть хранят тебя небеса.

Загрузка...
Загрузка...