Алла Лескова о чуде, которое может сотворить любовь и память.

Вспомнила, как провожала своих родственников из Самарканда в США, навсегда уезжали.
Проводы были на даче, сказочной азиатской даче, где на деревьях и кустарниках был весь среднеазиатский базар.
Гроздья винограда разных цветов  и сортов свисали, просились, под тяжестью почти осени, — сорви меня. Съешь на прощанье, не оставляй…
Гранаты просвечивали рубином…  Айва, груши, яблоки…
А ничего не хотелось, потому что когда вот так, много и доступно, без усилий, перед тобой, — никогда не хочется.

Не только с едой так. Закон есть такой,  непонятный, обидный, но помимо нас существующий.
Когда есть — не хочу. Хочу, когда нет.
Хозяин, муж моей тети, это они, их, такая родная и дружная семья, прощались и уезжали навсегда…  Это дядя вырастил и лелеял эти плоды, он вообще все умел и умеет, руки золотые и сердце. Сердце уже сбои иногда дает, возраст… А тогда молод был, полон сил, и все это , в общем,  осталось. Вопреки. Сейчас поймете, почему.
Смотрела я на него тогда, как он держится хорошо, как виду не подает. Плакать давно разучился, только кадык ходил, помню, сглатывал эту боль все время…
Смотрела и думала — как он без всего этого ТАМ будет? Почти у границы с Канадой. В Сиэтле.
И музыка из соседнего узбекского двора лилась такая навзрыдная, как все узбекские мелодии, вроде на одной ноте, а все плачут и плачут под  дутар свой. Одна палка два струна меня слышит вся страна.
Это мы так смеялись, помнится, да… Досмеялись.
А потом каждый раз, услышав эти мелодии, понимали, что только там и тогда была жизнь, а все остальное, как сон, прошло и продолжает сниться.
Дядя же мой, который те плоды под узбекским солнцем взрастил, точно такой же, как я говорила, ну почти такой же, сад у себя в Америке, во дворе дома повторил. Повторил!
И айва, и виноград, и яблоки… Все как в Самарканде!
В городе, где почти все время дожди и не очень далеко Аляска. По крайней мере, намного ближе теперь она к ним, чем  раньше…

И солнце там гораздо реже, намного меньше его. То оно есть, то  нет, то дожди зарядят.

Одной памятью и силой любви к родным местам взрастил  человек такое же точно чудо.
Ну…  почти такое.

Одной силой любви и памяти.

Загрузка...
Загрузка...