Дмитрий Воденников о яблоке, псе и двух тысячах.

Она была крепостной, была любима Пушкиным, потом, когда получила вольную, сама стала владелицей тридцати крепостных.

…Ездил недавно в Болдино – оценивать в жюри молодых литераторов. Там и узнал, что Пушкин не любил яркий свет. Любил приглушённый.

Меня провели по его дому, показали несколько комнат. Открыли одну – оттуда хлынуло солнце.  «Этой комнатой он почти не пользовался. Любил писать здесь».  («Здесь» было скучным и сумрачным.)

Меня тогда поразило, что он не любил в комнатах яркий солнечный свет.

И еще мне понравился один рисунок. Где он изобразил себя в образе собаки. Когда рисовал на полях рукописи «Мертвой царевны». Пес был вторым, кто, озлясь, хватает отравленное яблоко.

Про крепостную Ольгу Калашникову там мне ничего не рассказывали: про Ольгу Калашникову я сам с пятнадцати лет знал.

Ах, как мне жаль тебя, сердешную!
И благородна, и тиха,
Ты расцветала вишней вешнею
И дожидалась жениха.

Это из стихотворения Михаила Дудина. Был такой поэт. Родился в 1913, умер в 1993.

И он пришёл к тебе несватанный
И заглянул в твои глаза.
Увёл на луг, в тумане спрятанный,
А не повёл под образа.

(…)

И в том лугу, тебе подаренном,
Под той высокою сосной,
На той траве он был не барином,
А ты — не девкой крепостной.

Вообще этот роман начинался в Михайловском, но в Болдине Ольга Калашникова тоже жила.

Пушкин в мае 1826 года написал Вяземскому: «…Письмо тебе вручит очень милая и добрая девушка, которую один из твоих друзей неосторожно обрюхатил… Приюти ее в Москве, а потом отправь в Болдино. При сем с отеческой нежностью прошу тебя позаботиться о будущем малютки… Отсылать его в Воспитательный дом мне не хочется, а нельзя ли его покамест отдать в какую-нибудь деревню — хоть в Остафьево. Милый мой, мне совестно, ей богу…».

О будущем малютки заботиться не пришлось: он умер. А вот в судьбе своей белянки («порой белянки черноокой/ младой и свежий поцелуй») Пушкин участие принял.

Он дал Ольге Калашниковой вольную. А потом уже ее выдали замуж. Что самое удивительное – за дворянина.

Вот так, обвенчанная в 25 лет с вдовцом Ключаревым, титулярном советником, Ольга Калашникова сама стала помещицей. К слову сказать, не лучшей.

«Бывшая крестьянка почувствовала себя „барыней“ и стала тянуться к условиям жизни дворян со свойственными этому кругу замашками властности и деспотизма».

Однако замужество властной новоиспечённой барыне счастья не принесло.

Муж пил, буянил, вел «развратный образ жизни» и в конце концов разорился. Потеряв имение, он снова вынужден поступить на службу. Дела шли так плохо, что Павел Степанович Ключарев даже пишет Пушкину письмо с просьбой ссудить его деньгами. Просит он две тысячи, деньги немаленькие. Письмо написано от имени жены (значит, знал всё).

И, по-видимому, деньги пришли.

Ольга Ключарева выкупает имение и еще сверх того, за 400 рублей, приобретает крепостную Стефаниду Мартынову с дочерью и ее сыном. Всё имущество Ольга оформляет на свое имя: сам Ключарев за очередную провинность попал под суд и уезжает в Нижний Новгород, где и живет теперь на каких-то дешевых квартирах.

Впереди у барышни-крестьянки еще две осени, когда она встретится с Пушкиным: тот приедет в Болдино в 1833 году и 1834.

Любовь и горе в мире меряно
Одною мерой, не шутя.
И где в миру твоё затеряно
В грехе рождённое дитя?

Не знают этого учёные,
У них другой в науке крен —
Всё спорят головы «мочёные»
Об озаренье Анны Керн.

О том строчат в своей обители,
Что Бог на душу положил.
А Пушкин сам до смертной гибели
Лишь об одной тебе тужил.

Последний раз подушку комкая
В своём бреду тебя кричал.
Но, правду скрыв перед потомками,
О том Жуковский умолчал.

Советский поэт Михаил Дудин, конечно, сильно переборщил. Мексиканский сериал с единственной роковой любовью поэта показывали только в его воображении (нетрудно представить: искал незатасканную тему, нашел, обрадовался, выжал из нее всё, докрутил до классово-приемлемого финала). Но в чем Дудин, скорей всего, прав, так это в том, что Пушкин свою барышню-крестьянку всё-таки на самом деле любил. Заботился, не оставлял своим попечением.

Бог с ним. Вы родились неровнями.
Забытый быт. Проклятый век.
…Пушистый снег летит за дровнями,
И звёзды падают на снег.

Он жил, страдал, любил и каялся,
И клялся в верности навек,
И изменял, и этим маялся
Земной и грешный человек.

В том письме к Вяземскому, которое я уже цитировал, есть фраза в скобках, похожая на строчку стихотворения в прозе, которое Пушкин никогда бы не смог написать (как стихотворение это может быть опознано только в 21 веке):

«Письмо это тебе вручит очень милая и добрая девушка, которую один из твоих друзей неосторожно обрюхатил. Полагаюсь на твое человеколюбие и дружбу. Приюти ее в Москве и дай ей денег, сколько ей понадобится, а потом отправь в Болдино (в мою вотчину, где водятся курицы, петухи и медведи)».

В мою вотчину, где водятся курицы, петухи и медведи.

Это, конечно, очень красиво.

Но даже курицы, медведи и петухи не спасли. Помещица Ольга потом тоже разорилась. И у нее уже не было ни дома, ни крепостных.

Мы все такие. Я, не прятая,
Сам про себя шепчу слова,
Что где-то есть и мной примятая,
Не позабытая трава.

Хожу один по снежной замети,
По сонной Сороти брожу.
И в этом мире, словно в памяти,
Твой милый образ нахожу.

И вдруг спокойно озарение
Само приходит по себе,
Что чудо — «Чудное мгновение» —
Одной написано тебе.

Нет. «Чудное мгновение» написано Анне Керн.

Загрузка...
Загрузка...