Мария Дегтерева о главных новостях недели.

Прочла новость. Папа Римский изменил текст молитвы «Отче наш». Мне кажется, эта мелкая деталь в инфопотоке — главная метафора вообще всего происходящего вокруг нас.

Объясню.

Вот я, как и все, открываю новостную ленту и читаю.

«Политическая активистка, оппозиционер Любовь Соболь довела главного редактора телеканала Russia Today Маргариту Симоньян до больницы». Скорая помощь, капельницы, угроза выкидыша. Что тут скажешь? Я давно не даю, даже для себя, морально-этических оценок новостям, не ищу правых и виноватых, хороших и плохих. Потому что градус абсурда таков, что мне со своими оценками не дотянуться даже на цыпочках.

Или вот: «Президент Украины Владимир Зеленский обвинил сотрудников МИДа в сотрудничестве с президентом Украины Петром Порошенко». Три раза прочла, много думала. Пыталась осмыслить. Оказывается, нехорошие сотрудники МИДа написали президентские тезисы для выступления в Брюсселе не так, как надо. Нет, скажу иначе. Оказывается, сотрудники МИДа написали президентские тезисы для выступления в Брюсселе точно теми же словами, как для прошлого президента. То есть, понимаете, да? Они один раз написали, если я верно прочла новость, и выдают их каждому президенту, не разбирая. Администрация Зеленского назвала это диверсией.

Аллоэ, администрация Зеленского! Это не диверсия, это лень, я так в школе делала, и в институте. Готовила шапку для контрольной или курсовой, только название темы меняла и некоторые данные. Фамилию Порошенко на Зеленский сменили и ладно. Поработали, перетрудились.

И это — на секундочку, международная политическая повестка.

Я молчу о других главных новостях.

Таких, как «Собчак поделила людей на благородных и дворняг». Если я правильно понимаю — высокий бомонд в лице Ксении Анатольевны обвинил инстаграм-звезд в низком происхождении и в том, что мужья инстаграм-звезд не входят в список Форбс. Кажется, там был скандал с Ольгой Бузовой, но я не смогла дочитать.

В это самое время вся страна обсуждает американский сериал «Чернобыль». Абсолютное большинство интернет-пользователей, чьи соображения попадаются мне в ленте фейсбука, вдруг осознали себя одновременно историками, специалистами по атомной энергетике и кинематографистами. Не разорваться. Крики «русофобы» смешались с криками «гениально!». Те, кто вчера знал все об авиастроении в целом и конструкции самолета “Сухой суперджет” в частности, оказались тайными ликвидаторами аварии на чернобыльской АЭС. Было бы смешно, если бы не было столь пугающе.

Кстати, о пугающем. Жизненный опыт подсказывает мне, что в страшных, непреодолимой силы, обстоятельствах русский человек как бы на полуавтомате начинает читать “Отче наш”. Этот человек — не обязательно верующий, об этом есть очень точная строчка Егора Летова: “Не бывает атеистов в окопах под огнем”. “Отче наш” — прямое обращение не столько даже, наверное, к Богу, сколько в целом к высшим силам. Мистическое народное сознание таково, что человек использует “Отче наш” как щит в моменты невзгод.

Признаться, читая интернет, я и сама через раз крещусь и произношу “иже еси на небеси” (в случае новостей о Собчак и Бузовой — дважды!)

Возвращаясь к папе Римскому. Слова «не введи нас во искушение» (non indurci in tentazione) теперь заменены на «не дай нам поддаться искушению» (non abbandonarci alla tentazione) — говорится в новостях. Идея понятна — господь не может искушать, искушает сатана, господь может только оградить.

Но сам факт!

Была ли необходимость переписывать главную христианскую молитву? Я не знаю. Но точно скажу одно.

Будь я папой Римским и читай о происходящем в мире — в одно прекрасное утро я бы проснулась, умылась, оделась и велела внести изменения в текст молитвы «Отче наш».  Причем, не важно даже какие. Потому что градус абсурда, повторюсь, таков, что и традиционные молитвы перестали помогать.

С нетерпением жду поправок в десять заповедей.

Загрузка...
Загрузка...