Мария Дегтерева о современной журналистике.

Я хотела назвать эту колонку «новая публицистика» или даже «новая этика», но простая и ясная мысль – «Да кто я такая?» нарушила мои планы. Поэтому колонка будет об условной журналистике.

Условной, потому что на наших с вами глазах происходит совершенно изумительное – любой оценочный текст, видео и даже колонка стали называться почему-то журналистикой. Во времена моей далекой юности при царе Горохе журналистика имела некоторое отношение к информации и фактам, но мы не будем вспоминать, чтобы не травмировать юного читателя. Он, наверняка, уже закончил свой вечерний просмотр передачи «Вдудь», прочел статью «Десять способов стать успешным» и готовится писать пост в соцсетях. Не будем ему мешать, в нынешней журналистике он — не последний человек.

Итак, журналистика. То, что я наблюдаю в последние несколько лет, с трудом укладывается в голове. Пестрая, многополярная журналистика 90-х, в которой было все – от душещипательных эссе Валерия Панюшкина и расследований Анны Политковской до вырвиглазной желтизны, ушла в прошлое. Сегодня по большому счету существует два полярных типа изданий – условно патриотические и условно либеральные. Но что потрясает больше всего, их риторика совершенно неотличима!

С одной стороны, наблюдаются бесконечные обличительные речи в адрес чиновников и бизнесменов, и если поменять там слова «депутат» и «банкир» на слова «капиталистическая акула запада» и «американские олигархи» — выйдет чистая, беспримесная газета «Правда» 70-х годов.

Однако, современный либеральный дискурс присовокупил к такой привычной и родной «Правде» целый этический пласт – борьбу за толерантность. Бесконечная череда всякого рода «ми ту» превратила современные либеральные издания уже не в «Правду» даже —  в газету «Искра 2.0». В России угнетают женщин, в Чечне – геев, в Америке – негров, в Голливуде – актрис! Взвейтесь, развейтесь, вставай, страна огромная, Харви Вайнштейн опять кого-то за мягкое место ущипнул.

И было бы правда очень смешно, кабы не было бы так грустно. Сегодня либеральные газеты сражаются с абьюзом и харассментом, завтра школьную учительницу увольняют за пояснения к сказке Ершова «Конек Горбунок» — травмировала, мол, молодую неокрепшую психику страшными историческими подробностями, рассказала, что такое «посадить на кол». Самый настоящий абьюз, не сказать еще хужей – цитируя писателя Филатова.

Мы, если вдуматься, наблюдаем выдающийся парадокс. Либеральные издания, борющиеся вроде как за всевозможные свободы, на деле навязывают обществу систему мер и ограничений – новую, невиданную и с точки зрения здравого смысла пугающую.

Так, например, в США после ряда громких дел о харассменте преподаватели ВУЗов попросту боятся оставаться со студентами за открытыми дверями один на один. Сегодня он объясняет математику, а завтра – участник процесса. (Сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст).

То есть, от чтения либеральных изданий у меня два тревожных и неизбывных чувства:

— Я страшно виновата (перед женщинами, неграми, голливудскими актрисами и чеченскими геями, при моем молчаливом согласии происходит беспредел и ужас)

— Необходимо ограничить, прекратить и запретить! (Депутатов, чиновников, угнетателей, чеченцев, черта в ступе. Никогда наперед не скажешь, кто именно сегодня станет главным врагом мировой демократии)

Все описанное великолепие вызывает по большому счету одно желание – читать консервативную прессу.

Открываем ее, и что же? У меня сложилось абсолютное ощущение, что патриотические газеты (я так называю все консервативного толка сайты, прости, дорогой читатель) пишут ровно те же люди, что либеральные. Они просто меняют героев – «банкир» на «лидер оппозиции» и сдают свою работу в печать.

Главный враг мирового прогресса уже не абьюзеры, харассеры (есть, интересно, такое слово?) и угнетатели, а феминистки, чеченские геи и сами голливудские актрисы. Всех необходимо немедля окоротить, законы ужесточить, кого следует – обвинить в экстремизме и заодно поскорее вернуть смертную казнь.

И дело даже не в однообразной обличительной риторике, не в клише, большинство из которых перекочевало из советской прессы, а в линейных, плоских и совершенно предсказуемых суждениях с обеих сторон. Любой информационный повод вызывает у меня давно одну и ту же реакцию – я наперед знаю, кто что напишет, какие аргументы использует и к какому выводу придет. Шаг влево, шаг вправо – изгнание из обкома. Нерукопожатность с одной стороны и обвинения в нелюбви к Родине – с другой.

Когда одни успевают любить свободу, а вторые Родину – не приложу ума, по моим наблюдениям 90% времени и те, и эти тратят вовсе не на любовь.

Это была классическая «взрослая» пресса, кроме нее в новом мире, в котором мы с вами живем, проклюнулась и заколосилась журналистика совершенно иная – блогерская.

Я не претендую на истину, озвучу лишь свои мысли и чувства.

Популярный блогер в моей родной стране – это, как правило, не очень образованный, но, к сожалению, активный молодой человек, готовый высказываться по всякому поводу без какой бы то ни было рефлексии. Мнение его безапелляционно и резко, знаний, а уж тем более фактов, по обсуждаемому вопросу с него не спрашивают.

На выходе имеем, например, Аркадия Аркадьевича Бабченко, который почему-то называет свое загадочное занятие «журналистикой без посредников». Мне не очень понятно. Потому что, например, если я начну много и разнообразно выпивать и грозить всем визитом на «Абрамсе» — это еще не совсем журналистика, как по мне. Это нечто иное.

Или хороший интервьюер Юрий Дудь. Я без иронии пишу, по-настоящему хороший. Дело в том, что интервью – особый жанр, где главный элемент – умение раскрыть собеседника. Для этого совершенно не нужно обладать высоким интеллектом, а иногда даже интеллект мешает. И пока Юрий смотрит своими большими прозрачными глазами на интервьюируемого – все хорошо. Собеседник действительно раскрывается, мы получаем качественное, интересное интервью.

Но ведь беда в том, что Юрий (и я сейчас говорю скорее о коллективном Юрии-видеоблогере) нет-нет, да и берется за съемки передач, предусматривающих авторскую оценку. И вот тут – караул. Смесь неловкости, смеха и отчаянного желания подарить автору школьные учебники – то, что я испытываю, глядя на подобные программы (сюда же Собчак и прочие деятели). Я понимаю, почему подобного рода передачи популярны – их секрет в том, что уровень суждений автора не предполагает ни малейшего знания зрителя о предмете, ни элементарного желания напрягать голову. Поймет каждый! Даже если ложку мимо рта проносит.

И вот это – тоже сегодняшняя журналистика.

И я, честно говоря, теряюсь в выборе – кто мне больше нравятся. Все, наверное. С одинаковой силой.

Загрузка...
Загрузка...