Жила-была морская черепаха. И неплохо жила. Днем грелась на солнышке, ела лопухи в неограниченном количестве, со своего персонального огорода, а по вечерам, если было скучно, ползала в гости к своим соседям — диким свиньям. Общество, конечно, так себе, но соседей, как говорится, не выбирают. Черепаха была вполне довольна жизнью и временами даже счастлива, пока однажды на ее огород не упала птица.

Она была словно с другой планеты, сказочно красива, с ярким оперением, длинными ресничками и каким-то немыслимым хохолком на голове. Птица лежала без чувств и только ветер бередил ее переливающиеся на солнце перышки.

«Ну вот, только трупов мне на огороде не хватало» — подумала черепаха и прокричала, что есть силы в птичье ухо:

— Алле, красавица, Вы как?

Птица едва приоткрыла синий, бездонный как океан, глаз, но на слова сил у нее уже не было. Черепаха придвинула к ней раковину с водой, лист лопуха и принялась рассматривать незваную гостью.

«Сломанная лапка, крыло свисает вбок… Эээ, залетная, кто ж тебя потрепал так, — думала черепаха. — Неизвестно, очухаешься ли вообще… А если выживешь, сможешь ли летать…»

Однако, к вечеру птице полегчало, она поклевала зернышек и стала петь песни, да так что черепаха заслушалась.

— Спасибо вам, прекрасная черепаха, что приютили меня, — молвила птица и поклонилась в знак признательности. — Умаляю вас, не прогоняйте меня, хотя бы несколько дней, пока не срастется моя лапка и не заживет крыло…

«Mанеры вроде ничего, — подметила черепаха, — и цепочки пищевые у нас разные…»

— Ну что мы, звери что ли, оставайтесь, конечно. Меня Чилли, зовут, если что…

— А меня Айша.

И стали черепаха и птица жить вместе. Вместе принимали солнечные ванны, вместе копались в огороде в поисках пропитания, вместе обедали, а по вечерам смотрели на звезды и развлекали друг друга всякими историями. Птица рассказывала о дальних странах, где вечное лето, о тропических лесах, полных сочных фруктов, о встречах с диковинными зверями. Черепаха, конечно, никуда не летала и поэтому слушала, раскрыв рот, но и ей было чем удивить Айшу. Она открывала ей тайны океанских глубин, где жили морские чудовища, затонувших кораблей, полных сокровищ, и разноцветных рыбок, живущих на чудо-кораллах. Иногда истории были грустными и они вместе грустили, но чаще веселыми и тогда Чилли хохотала так, что однажды даже завалилась на спину. Неизвестно чем бы это закончилось, если бы не помощь Айши. Но даже когда они просто молчали, рассматривая звездное небо и думая каждая о своем, вместе им было интересно молчать.

Как-то в минуты откровения, Чилли призналась, что в детстве, плавая у берега океана, нашла гроздь каких-то желтых фруктов.

— Это тааак вкусно! Все бы отдала, чтобы попробовать вновь.

— Так это бананы! — обрадовалась Айша. — У нас в тропиках их завались. Я тебе привезу.

— Правда?

— Заметано!

«Какая же клевая эта Айша, хотя и птица, — думала черепаха, — как с ней весело и интересно, не то что эти свиньи. Вот бы такую соседку, какой чудесной была бы жизнь…»

В такие прекрасные дни сердце черепахи почему-то билось сильнее и что-то странное посасывало у нее под ложечкой.

Но иногда по утрам Чилли просыпалась не в духе. И тогда все ее бесило и раздражало, даже Айша. Черепаха ворчала, как хорошо жилось ей раньше одной, никто не гадил в ее огороде, никто не рыл землю когтями в поисках червей, и не пел эти дурацкие песни, одни и те же изо дня в день.

Может виной этих перепадов настроения были гормоны, а может старческий климакс, ведь черепахе было уже 299 лет. В такие дни птица уходила на самый край огорода и молча смотрела вдаль, туда, где шумел океан. А ночью, когда становилось холодно, она шла к черепахе и садилась рядом, чтобы согреть ее своим телом. Так у них у птиц было принято. Пару раз Айша даже клала голову на шею черепахи, но та сразу прятала ее в панцирь — такие уж у черепах были инстинкты.

Шли дни и недели, лапка у птицы срослась, крыло выздоровело, и как-то Айша сказала, что наверное ей пора назад, домой.

— Лети…, — сказала Чилли. — Ты же будешь прилетать ко мне в гости?

— Конечно! Mы же друзья, — ответила Айша.

Птица знала, что с таким крылом она навряд ли сможет перелететь океан, и скорее всего ее ждет погибель. Но с другой стороны, если бы не помощь Чилли, она бы погибла еще раньше. А так в ее жизни был целый месяц счастья.

Айша в последний раз обняла холодный панцирь черепахи и улетела. А Чилли поползла в гости к диким свиньям, давненько она уже не навещала своих соседей.

Вечером, вернувшейся в свой огород черепахе, вдруг стало так тоскливо и одиноко, что даже скупая слеза выкатилась из ее огромных глаз.

«Вот расплата за мою доброту, — ворчала Чилли. — Пригрела на свою голову, а теперь страдаю…»

Время шло, Чилли вспоминала Айшу все реже. Однажды какая-то неведомая сила разбудила черепаху посреди ночи, и она изо всех сил поползла к океану. Так бывало с Чилли и раньше, когда она по каким-то законам природы переплывала океан, чтобы оказаться на месте, где когда-то родилась, для встречи со своими сородичами.

Недели и месяцы плыла черепаха без еды и отдыха, лишь по ночам всплывала на поверхность, чтобы вдохнуть глоток воздуха. Она смотрела на черное небо, на миллиарды звезд над океаном и вспоминала их посиделки с Айшей.

«А вдруг она сейчас летит там высоко, — мечтала Чилли. — Сверху ей же видно меня, могла бы и спуститься отдохнуть на моем панцире, ведь у нее больное крыло, поболтали бы как раньше.

Но Айша не прилетала, и Чили опять погружалась с черные воды океана, чтобы плыть дальше.

Тут наверное можно было бы и закончить нашу историю по законам жестокой правды жизни. Но у нас же сказка, а значит мы имеем право на счастливый конец.

Прошел год. После долгих скитаний в океане, Чилли подплывала назад к своему огороду. Измотанная и голодная, она мечтала только об одном: плюхнуться на горячий песок родного дома и наесться любимых лопухов. Однако, вместо зелени она увидела целую гору бананов и записку:  «Чилли, где тебя черти носят! Я уже заколебалась бананы таскать…»

Олег Ростов

Загрузка...
Загрузка...